Кто правил 1816 года

Николай Первый

Николай I Романов
Годы жизни: 1796–1855
Российский император (1825–1855 гг.). Царь Польский и великий князь Финляндский.

Из династии Романовых.

Третий сын императора Павла I и Марии Федоровны, дочери прусского принца Фридриха-Евгения.

Биография царя Николая I

Родился 25 июня (6 июля) 1796 г. в Царском Селе (Пушкин). Получил хорошее домашнее образование, но больше всего ему нравилось военное искусство, инженерное дело. В детстве также увлекался живописью, обучался под руководством живописца А. И. Акимова и автора религиозных и исторических композиций профессора В. К. Шебуева. В своих рисунках будущий император с ироничным чувством юмора изображал друзей, сценки из быта в манере шаржа.

В 1814 году впервые побывал за границей при российском войске под командованием своего старшего брата Александра I.

В 1816 году им совершено трёхмесячное путешествие по европейской России, а с октября 1816г. по май 1817 г. путешествовал и жил в Англии.

В 1817 г. Николай Павлович Романов сочетался браком со старшей дочерью прусского короля Фридриха Вильгельма II принцессе Шарлотте Фредерике-Луизе, которая приняла в православии имя Александры Федоровны.

В 1819 г. его брат император Александр I сообщил, что наследник престола великий князь Константин Павлович желает отречься от своего права престолонаследования, поэтому наследником предстоит стать Николаю как следующему по старшинству брату. Формально великий князь Константин Павлович отрёкся от своих прав на престол в 1823 г., так как он не имел детей в законном браке и был женат морганатическим браком на польской графине Грудзинской.

16 августа 1823 г. Александр I подписал манифест о назначении наследником престола своего брата Николая Павловича.

Однако тот отказался провозгласить себя императором до окончательного выражения воли старшего брата. Отказался признать завещание Александра, и 27 ноября все население было приведено к присяге Константину, и сам Николай Павлович присягнул Константину I как императору. Но Константин Павлович престола не принял, одновременно не желал и формально отречься от него в качестве императора, которому уже принесена присяга. Создалось двусмысленное и очень напряжённое положение междуцарствия, которое продолжалось двадцать пять дней, до 14 декабря.

Император Николай I

После смерти императора Александра I и отказа от престола великого князя Константина Николай все же был провозглашен императором 2 (14) декабря 1825 года.

К этому дню офицеры-заговорщики, которых стали позднее называть «декабристами», назначили мятеж с целью захвата власти, якобы защищая интересы Константина Павловича. Ими было решено, что войска блокируют Сенат, в котором сенаторы готовились к присяге, в помещение Сената ворвется революционная делегация в составе Пущина и Рылеева с требованием не присягать и объявить царское правительство низложенным и издать революционный манифест к русскому народу.

Восстание декабристов очень поразило императора и вселило в него страх к любым проявлениям свободомыслия. Восстание было жестко подавлено, а 5 его руководителей были повешены (1826 г.).

После подавления мятежа и широкомасштабных репрессий император централизовал административную систему, усилил военно-бюрократический аппарат, учредил политическую полицию (Третье отделение Собственной его императорского величества канцелярии) а также установил жесткую цензуру.

В 1826 г. вышел цензурный устав, прозванный «чугунным», согласно ему запрещалось печатать практически всё, что имело политическую подоплеку.

Самодержавие Николая Романова

Некоторые авторы прозвали его «рыцарем самодержавия». Твёрдо и яростно защищал устои самодержавного государства и яростно пресекал попытки изменить существующий строй. В период правления снова возобновились гонения на старообрядчество.

24 мая 1829 г. Николай Первый Павлович был коронован в Варшаве как король (царь) польский. При нем было подавлено Польское восстание 1830-1831 гг., в ходе которого он объявлялся повстанцами лишённым престола (Постановление о детронизации Николая I). После подавления восстания Царством Польским была утрачена самостоятельность, а сейм и армия были разделены на губернии.

Проводились заседания комиссий, которые были призваны облегчить положение крепостных крестьян, был введён запрет убивать и ссылать на каторгу крестьян, продавать их поодиночке и без земли, приписывать к вновь открываемым заводам. Крестьяне получили право на обладание частной собственностью, а также выкупаться из продаваемых имений.

Была проведена реформа управления государственной деревней и подписан «указ об обязанных крестьянах», который стал фундаментом отмены крепостного права. Но эти меры носили запоздалый характер и при жизни царя освобождение крестьян так и не произошло.

В России появились первые железные дороги (с 1837 г.). Из некоторых источников известно, что император познакомился с паровозами в 19-летнем возрасте во время поездки в Англию в 1816 г. Он стал стал первым русским кочегаром и первым русским, прокатившимся на паровозе.

Было введено имущественное попечительство над казенными крестьянами и статус обязанных крестьян (законы 1837–1841 гг. и 1842 г.), провел кодификацию российских законов (1833 г.), стабилизацию рубля (1839 г.), при нем основаны новые школы – технические, военные и общеобразовательные.

В сентябре 1826 г. император принял Пушкина, освобождённого им из михайловской ссылки, выслушал его признание в том, что 14 декабря Александр Сергеевич был с заговорщиками. После поступил с ним так: избавил поэта от общей цензуры (решил сам лично цензуровать его сочинения), поручил Пушкину подготовить записку «О народном воспитании», назвал его после встречи «умнейшим человеком России».

Однако царь никогда не доверял поэту, видя в нём опасного «вождя либералов», за великим поэтом велась полицейская слежка. В 1834 г. Пушкин был назначен камер-юнкером его двора, а роль, которую сыграл Николай в конфликте Пушкина с Дантесом, оценивается историками достаточно противоречиво. Существуют версии, что царь симпатизировал жене Пушкина и подстроил роковую дуэль. После гибели А.С. Пушкина была назначена пенсия его вдове и детям, однако царь стремился всячески ограничить память о нём.

Также обрёк на годы солдатчины арестованного за вольные стихи Полежаева, дважды приказал сослать на Кавказ М. Лермонтова. По его распоряжению закрыты журналы «Телескоп», «Европеец», «Московский телеграф».

Значительно расширил территорию России после войн с Персией (1826–
1828 гг.) и Турцией (1828–1829 гг.), хотя попытка сделать Черное море внутренним российским морем встретила активное сопротивление великих держав во главе с Великобританией. Согласно Ункяр-Искелесийскому договору 1833 года Турция обязывалась закрывать по требованию России черноморские проливы (Босфор и Дарданеллы) для иноземных военных судов (договор был отменен в 1841 г.). Военные успехи России вызвали негативную реакцию на Западе, потому что мировые державы не были заинтересованы в усилении России.

Царь хотел вмешаться во внутренние дела Франции и Бельгии после произошедших там революций 1830 года, однако Польское восстание помешало реализации его планов. После подавления польского восстания были отменены многие положения Польской конституции 1815 года.

Принимал участие в разгроме венгерской революции 1848–1849 гг. Попытка России, вытесненной с рынков Ближнего Востока Францией и Англией, восстановить свое положение в этом регионе привела к столкновению держав на Ближнем Востоке, которое и вылилось в Крымскую войну (1853–1856 гг.). В 1854 г. Англия и Франция вступили в войну на стороне Турции. Русская армия потерпела ряд поражений от бывших союзников и не смогла оказать помощи осажденному городу-крепости Севастополю. В начале 1856 года по итогам Крымской войны был подписан Парижский мирный трактат, самым тяжелым условием для России стала нейтрализация Чёрного моря, т.е. запрещение иметь здесь военно-морские силы, арсеналы и крепости. Россия стала уязвимой с моря и лишилась возможности вести активную внешнюю политику в этом регионе.

В период его царствования Россия участвовала в войнах: Кавказской войне 1817-1864 гг., Русско-персидской войне 1826-1828 гг., Русско-турецкой войне 1828-29 гг., Крымской войне 1853-56 гг.

В народе царь получил прозвище «Николай Палкин», потому что в детстве бил своих товарищей палкой. В историографии это прозвище утвердилось после рассказа Л.Н. Толстого «После бала».

Смерть царя Николая 1

Скоропостижно умер 18 февраля (2 марта) 1855 г. в разгар Крымской войны; по наиболее распространённой версии — от скоротечного воспаления лёгких (простудился незадолго до смерти, принимая военный парад в лёгком мундире) или гриппа. Император запретил делать себе вскрытие и бальзамировать своё тело.

Существует версия, что царь покончил с собой, выпив яд, по причине поражений в Крымской войне. После его смерти российский престол был унаследован сыном, Александром II.

Был женат 1 раз в 1817 г. на принцессе Прусской Шарлотте, дочери Фридриха Вильгельма III, получившей после перехода в православие имя Александра Фёдоровна. У них были дети:

  • Александр II (1818—1881 гг.)
  • Мария (6.08.1819-9.02.1876) , была замужем за герцогом Лейхтенбергским и графом Строгановым.
  • Ольга (30.08.1822 — 18.10.1892), была замужем за королем Вюртембергским.
  • Александра (12.06.1825 — 29.07.1844), замужем за принцем Гессен-Кассельским
  • Константин (1827—1892)
  • Николай (1831—1891)
  • Михаил (1832—1909)

Личные качества Николая Романова

Вёл аскетический и здоровый образ жизни. Был верующим православным христианином, сам не курил и не любил курящих, не употреблял крепких напитков, много ходил пешком и занимался строевыми упражнениями с оружием. Отличался замечательной памятью и большой работоспособностью. Архиепископ Иннокентий писал о нем: «Это был… такой венценосец, для которого царский трон служил не возглавием к покою, а побуждением к непрестанному труду». По воспоминаниям фрейлины её императорского величества госпожи Анны Тютчевой любимой фразой была: «Я тружусь как раб на галерах».

Общеизвестной была любовь царя к справедливости и порядку. Лично бывал на военных строях, осматривал фортификационные сооружения, учебные заведения, государственные учреждения. Всегда давал конкретные советы по исправлению ситуации.

Обладал выраженной способностью формировать команду из талантливых, творчески одарённых людей. Сотрудниками Николая I Павловича были министр народного просвещения граф С. С. Уваров, полководец фельдмаршал светлейший князь И. Ф. Паскевич, министр финансов граф Е. Ф. Канкрин, министр государственных имуществ граф П. Д. Киселёв и др.

Рост царя составлял 205 см.

Все историки сходятся в одном: царь был несомненно яркой фигурой среди правителей-императоров России.

kremlion.ru

Информационно-развлекательный портал «Грот» — некоммерческий проект (появился в сети 15.09.2004 г.), объединяющий в себе информацию о различных.

Какой из разделов Вам наиболее интересен на сайте?

Культура » Momento mori

«Медуза» (2 июля 1816 года)

Французский фрегат из-за навигационной ошибки сел на мель у северо-западного побережья Африки. Погибли более 400 человек.

30 мая 1814 года Франция подписала с участниками шестой антинаполеоновской коалиции Парижский мир, установивший границы Франции по состоянию на 1 января 1792 года. В соответствии со статьей 14 этого договора во владении Франции оставался ряд территорий на Американском, Африканском и Азиатском континентах. В число этих территорий входил и Сенегал.

Для восстановления власти Франции над этими территориями виконту дю Бушажу, министру по делам морского флота и управления колониями, было поручено отправить туда гражданские и военные экспедиции. Для организации таких экспедиций необходимо было сформировать специальные морские дивизионы. Предприятие это было крайне затруднено тяжелым финансовым положением Франции, истощенной недавней войной и выплатой контрибуции. Не лучше было и состояние флота: сказывались последствия военных неудач, нехватка средств на его содержание.

«Медуза» была одним из немногих кораблей, способных выполнить функции флагманского фрегата. Именно этому кораблю и было поручено возглавить сенегальскую дивизию и доставить в Сенегал нового губернатора. Командование «Медузой» было поручено некоему Дюруа де Шомарэ. Он происходил из не очень знатного дворянского рода и был убежденным роялистом. По материнской линии он приходился племянником адмиралу д’Орвилье, прославившемуся в битве при Уэссане, где разбил англичан, несмотря на их превосходство. Людовик XVI – последний французский король, делавший все для развития и укрепления флота, – очень ценил адмирала д’Орвилье. Неудивительно, что при таком покровительстве молодой де Шомарэ начал службу на флоте.

Губернатор Сенегала Шмальц был человеком со сложной и бурной, как и вся история этого периода, биографией. Немец по происхождению, он с немецкой педантичностью изучил досье всех членов экипажа, и это весьма помогало ему в решении того или иного важного для судьбы экспедиции вопроса.

Вместе с дивизией в Сен-Луи направлялось около 230 человек: так называемый «африканский батальон», состоявший из трех рот по 84 человека, по слухам, из бывших преступников, а на самом деле просто людей разных национальностей, среди которых попадались и сорвиголовы.

На всякий случай дамы были изолированы от них. Жена и дочь губернатора были размещены отдельно от остальных женщин. На борту «Медузы» были также два хирурга, одного из них, сыгравшего не последнюю роль в описываемых событиях, звали Савиньи.

Кроме «Медузы», в состав сенегальской дивизии входили корвет «Эхо» под командованием де Бетанкура (роялиста, как и Шомарэ, но гораздо более опытного морехода); бриг «Аргус» под управлением де Парнажона. Капитаном «Луары» был Жикель де Туш, потомственный моряк, участник многих сражений, единственный, чье превосходство Шомарэ признавал настолько, что поделился с ним своим патологическим страхом сесть на мель у побережья Африки.

Памятуя о министерском распоряжении, Шомарэ решил позволить «Луаре» плыть в своем темпе, а остальным быстроходным судам приказал двигаться как можно быстрее. Конечно, менее легкомысленный человек учел бы особенности хода «Луары» и не бросил бы отставший корабль на произвол судьбы.

Между тем развал флотилии продолжался. «Медуза» и «Эхо» оторвались от остальных кораблей. Парнажон не рискнул гнаться за ними, не будучи уверенным в прочности мачт «Аргуса»; «Луара» отстала безнадежно. Шомарэ даже не дал знать ее капитану о своих намерениях.

При очередном определении курса разница между замерами Шомарэ и Бетанкура составила 8 минут долготы и 16 минут широты. Бетанкур был уверен в точности своих результатов, но, соблюдая субординацию, промолчал. Через три дня Шомарэ обещал прибыть на Мадейру, но этого не произошло: сказалась ошибка при прокладке курса.

Запасшись в Санта-Крусе провизией, корабли продолжили путь. «Медуза» шла впереди «Эха». В этот день Шомарэ снова ошибся в своих расчетах, и корабль проскочил мыс Барбас. На пути корабли должны были пройти мыс Блан (Белый), но мыса с характерной белой скалой не оказалось. Шомарэ не придал этому значения, а на следующий день на вопросы экипажа ответил, что накануне они вроде бы проплыли что-то похожее на мыс Блан, и впоследствии строил свои рассуждения, основываясь на том, что он действительно видел этот мыс. На самом же деле фрегат ночью отнесло к югу, курс был выправлен лишь к утру, поэтому судно никак не могло пройти этот мыс. «Эхо» же, не отклоняясь, к утру обогнало «Медузу». Всю роковую ночь с 1 на 2 июля Шомарэ ни разу не поинтересовался, как идет корабль, лишь к утру он был слегка удивлен исчезновением «Эха», но даже не попытался выяснить причины этого исчезновения.

«Эхо» продолжало следовать правильным курсом, и Бетанкур постоянно измерял глубину, чтобы избежать неприятных сюрпризов. «Медуза» двигалась в том же направлении, но ближе к берегу. Шомарэ тоже приказал измерять глубину морского дна, и не нащупав его, решил, что может беспрепятственно вести корабль к берегу. Несмотря на многочисленные предостережения членов экипажа о том, что корабль, по-видимому, находится в районе отмели Арген (на это указывал и окружающий пейзаж, и изменение цвета моря там, где его глубина была меньше), Шомарэ продолжал вести фрегат к берегу, и было такое ощущение, что на борту все впали в какую-то апатию и покорно ожидали неизбежного.

Наконец Моде и Ран решили измерить глубину: она оказалась 18 локтей вместо предполагавшихся 80. В этой ситуации фрегат могла спасти лишь быстрота реакции капитана, но Шомарэ от этого известия впал в оцепенение и не повернул корабль. И вскоре судно село на мель.

В подобных ситуациях очень важна организующая роль капитана, но в данном случае эту роль пришлось взять на себя губернатору Шмальцу, поскольку Шомарэ был абсолютно деморализован случившимся. Но губернатор не был мореходом, а значит, не имел авторитета среди экипажа и пассажиров. Таким образом, спасательные работы начались неорганизованно и беспорядочно, и целый день был потерян.

Например, вместо того чтобы сразу выбросить самый тяжелый груз, губернатор запретил трогать мешки с мукой, порохом и другим товаром, предназначенным для колонии, как и не менее тяжелые пушки. Ограничились лишь тем, что вылили воду из емкостей в трюмах.

Наконец, очнувшись от оцепенения, Шомарэ созвал чрезвычайный совет корабля, на котором было решено построить плот, сгрузить на него все припасы, облегчив тем самым корабль; а если понадобится, использовать его наравне со шлюпками для эвакуации.

Сооружение плота отвлекло людей от безрадостных мыслей. Но ненадолго. Часть военных решила захватить шлюпки и добраться до берега. Узнав об этом, губернатор приказал часовым стрелять в любого, кто попытается похитить шлюпки. Волнения утихли.

Было отдано два якоря; уровень воды поднимался, и появлялась надежда на спасение. Внезапно начался сильный ветер; судно завалилось набок и затрещало по всем швам. На судне царила паника, люди, разгоряченные алкоголем, метались по палубе. В пробоины, в обшивку хлестала вода, и два насоса не успевали ее откачивать – в этих условиях было решено эвакуировать людей на шести шлюпках и на плоту.

По всем правилам Шомарэ как капитан должен был покинуть судно последним, но он не сделал этого. Плотом командовал выпускник морского училища Куден, с трудом передвигавшийся из-за травмы ноги. Тем, кому выпало плыть на плоту, не разрешили даже взять с собой провизию и оружие, чтобы не перегружать плот. На шлюпках плыли все «важные персоны», в том числе губернатор с семьей.

На фрегате оставалось около 65 человек, которым не нашлось места ни на плоту, ни в шлюпках. Их попросту бросили на произвол судьбы, и они решили построить свой собственный плот.

Все шлюпки были соединены, самая большая вела на буксире плот. Но скреплены они были непрочно, и канат, удерживавший на буксире плот, разорвался. Неясно, случилось ли это по чьей-то вине или просто канат не выдержал. Ничем не удерживаемые, две шлюпки с капитаном и губернатором на борту устремились вперед. Лишь шлюпка под управлением Эспье попыталась взять плот на буксир, но после нескольких неудач тоже покинула его.

И те, кто был в шлюпках, и те, кто остался на плоту, понимали, что судьба плота предрешена: даже если бы он удержался на плаву, людям не хватило бы провизии. Людей охватило чувство безысходности.

Первыми прибыли в Сен-Луи, то есть в Сенегал, шлюпки Шомарэ и Шмальца: их плавание было тяжелым, но не повлекло за собой человеческих потерь. На несколько дней позже остальные лодки подошли к пустынному побережью. Долго пришлось их пассажирам пробираться по пустыне, где их преследовали мавры. Питались они яйцами черепах, изредка моллюсками, и, когда добрались наконец-то до Сен-Луи, число их поубавилось – пятеро мужчин и одна женщина умерли в пути от истощения.

На плоту оставалось сто сорок семь мужчин и одна женщина, маркитанка бывшей Великой Армии (армии Наполеона), жена солдата экспедиционного корпуса, пожелавшая разделить судьбу своего мужа. Кроме солдат, публики довольно разношерстной, на плоту было тридцать матросов и горстка офицеров, отказавшихся сесть в лодку, так как считали своим долгом оставаться среди самых обездоленных. Кудена поместили на бочке, и он стал «капитаном» плота. Рядом с ним расположился географ Корреар и корабельный хирург Савиньи.

Когда прошло первое оцепенение, сменившееся чувством ненависти и горечи, стали проверять продовольствие: две бочки воды, пять бочек вина, ящик сухарей, подмоченных морской водой, – и это все. Совсем не густо. Предусмотренные при сооружении плота якорь, морская карта, компас обнаружены не были. Размокшие сухари съели в первый же день. Оставались только вино и вода.

«Погода ночью была ужасной, – писали потом в своей книжке Корреар и Савиньи. – Бушующие волны захлестывали нас и порой сбивали с ног. Какое жуткое состояние! Невозможно себе представить всего этого! К семи часам утра море несколько успокоилось, но какая страшная картина открылась нашему взору. На плоту оказалось двадцать погибших. У двенадцати из них ноги были зажаты между досками, когда они скользили по палубе, остальных смыло за борт. »

Лишившись двадцати человек, плот не намного вышел из воды, на поверхности оставалась только его середина. Там все и сгрудились, сильные давили слабых. Тела умерших бросали в море, живые вглядывались в горизонт в надежде увидеть «Эхо», «Аргус» или «Луару», спешащих им на помощь.

«Прошлая ночь была страшна, эта еще страшнее. Огромные волны обрушивались на плот каждую минуту и с яростью бурлили между нашими телами. Ни солдаты, ни матросы уже не сомневались, что пришел их последний час. Они решили облегчить себе предсмертные минуты, напившись до потери сознания. Опьянение не замедлило произвести путаницу в мозгах, и без того расстроенных опасностью и отсутствием пищи. Эти люди явно собирались разделаться с офицерами, а потом разрушить плот, перерезав тросы, соединявшие бревна. Один из них с абордажным топором в руках придвинулся к краю плота и стал рубить крепления.

Меры были приняты немедленно. Безумец с топором был уничтожен, и тогда началась всеобщая свалка. Среди бурного моря, на этом обреченном плоту, люди дрались саблями, ножами и даже зубами. Огнестрельное оружие у солдат было отобрано при посадке на плот. Сквозь хрипы раненых прорвался женский крик: «Помогите! Тону!» Это кричала маркитанка, которую взбунтовавшиеся солдаты столкнули с плота. Корреар бросился в воду и вытащил ее. Таким же образом в океане оказался младший лейтенант Лозак, спасли и его. Потом такое же бедствие с тем же исходом выпало и на долю гардемарина Кудена. До сих пор нам трудно постичь, как сумела ничтожная горстка людей устоять против такого огромного числа безумцев; нас было, вероятно, не больше двадцати, сражавшихся со всей этой бешеной ратью!»

Когда наступил рассвет, на плоту насчитали умерших или исчезнувших 65 человек.

«На нас обрушилась еще и новая беда: во время свалки были выброшены в море две бочки с вином и две единственные на плоту бочки с водой. Еще два бочонка вина были выпиты накануне. Так что теперь оставалась только одна бочка с вином, а нас было больше шестидесяти человек».

Голод мучил людей. Из наконечников аксельбантов сделали рыболовные крючки, но ни одна рыба не клюнула. Проходили часы. Горизонт оставался убийственно чистым: ни земли, ни паруса. Несколько трупов после трагической ночи оставалось еще в зазорах плота.

Прошел еще один день, не оправдав надежд. Ночь оказалась более милосердной, чем предыдущая. Крики, нарушавшие тишину, были только отзвуком голода, жажды, кошмарных сновидений людей, спавших стоя, по колено в воде, тесно прижавшихся друг к другу. В начале пятого дня осталось всего чуть более пятидесяти человек. На плоту было двенадцать умерших.

Стайка летучих рыб шлепнулась на плот, совсем маленьких, но очень хороших на вкус. В следующую ночь на море было спокойно, на море, но не на плоту. Испанские и итальянские солдаты, а с ними и африканцы, недовольные своей порцией вина, снова подняли бунт. Опять среди ночной тьмы началась резня. Еще раз маркитантку сбросили в море и спасли ее.

«Дневной свет озарил нас наконец в пятый раз. Осталось не больше тридцати человек. Морская вода разъедала почти всю кожу у нас на ногах; все мы были в ушибах и ранах, они горели от соленой воды, заставляя нас ежеминутно вскрикивать. Вина оставалось только на четыре дня. Мы подсчитали, что в случае, если лодки не выбросило на берег, им потребуется по меньшей мере трое или четверо суток, чтобы достичь Сен-Луи, потом еще нужно время, чтобы снарядить суда, которые отправятся нас искать. »

Однако, как ни трудно было этому поверить, их никто не искал. И когда «Аргус», посланный на место крушения «Медузы», встретил случайно на своем пути многострадальный плот, на нем оставалось полтора десятка умирающих людей. Это было 27 июля 1816 года.

Первым из спасенных в Париж попал Савиньи, хирург-практикант Морского ведомства. Он передал донесение своему министру Дюбушажу. На следующий день выдержки из него опубликовала «Журналь де Деба». Была рассказана история кораблекрушения «Медузы» и жуткая история плота. Но, между прочим, газета сообщала, что на шестой день в воду были сброшены двенадцать умирающих, чтобы остальные пятнадцать смогли выжить. Тем самым было создано общественное мнение, помешавшее возложить ответственность на капитана, повинного в смерти 159 человек (из 15 человек, снятых с плота, шестеро скончались после спасения, а из семнадцати, оставшихся на «Медузе», спасли только троих). И что поразительно, так же как и все остальное, Савиньи за нескромный поступок был изгнан из Морского ведомства.

Вернулся географ Корреар. Вместе с Савиньи, которому уже нечего было терять, он написал и опубликовал свои показания. Корреара посадили в тюрьму, а книжку изъяли! Но она была переиздана в Англии и распространилась по всей Европе. Скандал теперь был слишком велик, чтобы его можно было замять.

Дюруа де Шомарэ, представший наконец перед военным трибуналом, заявил, что не понимает, в чем его вина. Общественное мнение требовало смертного приговора. Его разжаловали и приговорили к трем годам тюрьмы. Когда он вышел на свободу, ему «посоветовали» поселиться в своем поместье в департаменте Верхняя Вьенна. Но в то же время правительство предложило ему место сборщика налогов в Беллаке.

Однако где бы он ни появлялся, ему приходилось выслушивать оскорбления. Жил он еще долго – затворником в своем замке Лашно – и умер в 1841 году. Перед смертью он узнал о самоубийстве своего единственного сына, который не мог больше выносить отцовского позора. Сам Корреар, не помнивший зла, написал ему как бы надгробное слово: «Он умер, искупленный с лихвой двадцатью пятью годами сурового покаяния».

На море были трагедии с еще большими жертвами, уцелевшие свидетели кораблекрушений рассказывали о событиях, еще сильней потрясающих душу. И если трагедия «Медузы» остается все-таки самой известной, это потому, что гений художника запечатлел ее в нашей памяти. Теодор Жерико, руководствуясь рассказами Савиньи и Корреара, на основе многочисленных эскизов создал полотно «Плот «Медузы», которое висит в Луврском музее. Эти два человека служили ему натурщиками для изображения их собственных фигур, а молодой друг художника, Эжен Делакруа, позировал для портрета мертвого юноши на переднем плане.

Купить готовые шкафы купе недорого Москва, выполненные из прочных натуральных материалов. →

www.darkgrot.ru

Малая ядерная зима, 1815-1816 год.

Продолжение тем о недавней катастрофе на территории России.

Мы продолжаем открывать загадки нашего недавнего прошлого, грозного и трагического. Невероятные на первый взгляд предположения находят подтверждение во множестве фактов. Оценим масштаб событий, размах подлога и сокрытия улик.

Я видел сон… Не всё в нём было сном

Тьма (выдержки)

Я видел сон. Не всё в нём было сном.
Погасло солнце светлое, и звёзды
Скиталися без цели, без лучей
В пространстве вечном; льдистая земля
Носилась слепо в воздухе безлунном.
Час утра наставал и проходил,
Но дня не приводил он за собою.

…Перед огнями жил народ; престолы,
Дворцы царей венчанных, шалаши,
Жилища всех имеющих жилища –
В костры слагались. города горели.

…Счастливы были жители тех стран,
Где факелы вулканов пламенели.
Весь мир одной надеждой робкой жил.
Зажгли леса; но с каждым часом гас
И падал обгорелый лес; деревья
Внезапно с грозным треском обрушались.

…Снова вспыхнула война,
Погасшая на время.
. Страшный голод
Терзал людей.
И быстро гибли люди.

И мир был пуст;
Тот многолюдный мир, могучий мир
Был мёртвой массой, без травы, деревьев
Без жизни, времени, людей, движенья.
То хаос смерти был.

Джордж Ноэль Гордон Байрон, 1816 г.

Перевод – Иван Сергеевич Тургенев

Говорят, что эти образы лорд Байрон положил на бумагу летом 1816 года на вилле английской писательницы Мэри Шелли в Швейцарии у Женевского озера. Вместе с ними были их друзья. Из-за чрезвычайно плохой погоды часто нельзя было выйти из дома. Поэтому они решили, что каждый напишет по жуткой истории, которую потом будут друг другу читать. Мэри Шелли написала свою знаменитую историю «Франкенштейн, или Современный Прометей», врач лорда Байрона Джон Полидори написал повесть «Vampyr» – первую историю о вампирах, задолго до появления романа Брэма Стокера «Дракула».

Такова общепринятая нарядная версия. Описывая события в Западной Европе, нам всегда попутно поливают мозг карамелью и посыпают глазурью. Писатели, понимаешь, отдыхали летом на озере. Было обыденно и скучно, ненастье не позволяло играть в бадминтон, и они стали рассказывать друг другу байки из склепа. Всё – тему закрыли.

Но тема не закрывается! Байрон проблем со зрением не имел и должен был видеть, что происходило вокруг него в 1816 году. А происходило, в общем-то, именно то, что он и описал, с поправкой на поэтическое воображение. И вообще, Мери Шелли с друзьями в своём загородном доме могли в это время только скрываться от катастрофы, постигшей Европу, прихватив с собой побольше съестных припасов соли, спичек и керосина.

1816 год назван «Годом без лета». В США его также прозвали Eighteen hundred and frozen to death, что переводится как «тысяча восемьсот и насмерть замёрзший». Это же время учёные называют «малым ледниковым периодом».

Начиная с весны 1816-го во всём мире, особенно в северном полушарии, где и была сосредоточена в основном цивилизация, творились необъяснимые явления. Казалось, что на головы людей обрушились знакомые из Библии «казни египетские». В марте 1816 года температура продолжала оставаться зимней. В апреле и мае было неестественно много дождей и града, внезапный мороз уничтожил большинство посевов в США, в июне две гигантских снежных бури привели к гибели людей, в июле и в августе замёрзшие льдом реки были отмечены даже в Пенсильвании (южнее широты Сочи). В течение июня и июля в Америке каждую ночь был мороз. В Нью-Йорке и на северо-востоке США выпадало до метра снега. В разгар лета температура в течение суток скакала от 35 градусов жары до почти нулевой отметки.

Германию неоднократно терзали сильные бури, многие реки (в том числе и Рейн) вышли из берегов. В голодающей Швейцарии каждый месяц выпадал снег (на радость нашим «отдыхающим» писателям), там даже было объявлено чрезвычайное положение. По Европе пронеслись голодные бунты, жаждущие хлеба толпы громили склады с зерном. Необычный холод привёл к катастрофическому неурожаю. В результате этого весной 1817 цены на зерно выросли в десять раз, а среди населения разразился голод. Десятки тысяч европейцев, к тому же всё ещё страдавших от разрушений Наполеоновских войн, эмигрировали в Америку. Но и там положение было не намного лучше. Никто ничего не мог понять и объяснить. Во всём «цивилизованном» мире царили голод, холод, паника и уныние. Одним словом – «Тьма».

Выходит, у Байрона был богатый практический материал для его стихотворения.

Возможно, кому-то покажется, что поэт слишком сгустил краски. Но это, если только человек незнаком с настоящим животным голодом, когда чувствуешь, что жизнь по капле покидает твоё тело. Но очень хочется выжить, и тогда взгляд начинает придирчиво оценивать любые окружающие предметы на предмет как-нибудь это съесть. Когда начинаешь чувствовать каждую косточку своего скелета, и удивляешься, какие же они лёгкие и тонкие. Но всё это уже после бесконечных тяжёлых головных болей и ломоты в каждом суставе. Чаще всего в такие моменты высокое, моральное, человеческое засыпает и остаётся животное. Измождённые существа, в глазах которых нет света разума, неестественно перемещаются по тёмным грязным улицам. Каждый охотник или жертва. Мир вокруг как будто выцветает и становится серым. Впрочем, читайте Байрона.

Так вот, в Европе был голод. То есть не просто недоедание, а настоящий ГОЛОД. Был и холод, который можно победить только едой и огнём, огнём и едой. Добавьте к этому грязь, болезни и расслоение общества. Большинство бедных-ограбленных, которые практически не ели, и богатых, которые пытались продержаться как можно дольше на своих запасах (например, сбежав в загородный домик). Так что, судя по общеизвестным фактам о Западной Европе 1816 года, картина вырисовывается очень мрачная.

Возникает вопрос: а что собственно случилось? Первая правдоподобная научная версия на этот счёт появилась только спустя 100 лет. Американский исследователь климата Уильям Хамфрейс нашёл объяснение «году без лета». Он связал изменение климата с извержением вулкана Тамбора на индонезийском острове Сумбава. Эта гипотеза и сейчас общепринята в научном мире. Всё просто. Взрывается вулкан, выбрасывает в стратосферу 150 кубических километров грунта, и, якобы, получаются необходимые атмосферные явления. Запыление, солнце не проникает и т.д. Только вот есть любопытная таблица:

Согласно этой таблице, после извержения вулкана Пинатубо в 1991, температура понизилась на те же 0,5 градуса, что и после извержении Тамборы в 1815. Мы должны были наблюдать в 1992 году по всему северному полушарию примерно те же явления, что описаны, как «год без лета». Однако ничего подобного не было. Да и если сравнить с другими извержениями, то можно заметить, что не всегда они совпадали с климатическими аномалиями. Гипотеза трещит по швам. Это расползаются «белые нитки», которыми она шита.

А вот ещё странность. В 1816 году проблема с климатом случилась именно «во всём Северном полушарии». Но Тамбора находится в южном полушарии в 1000 км от экватора. Дело в том, что в атмосфере Земли на высотах свыше 20 км (в стратосфере) существуют устойчивые воздушные течения вдоль параллелей. Пыль, выброшенная в стратосферу на высоту 43 км, должна была распределиться вдоль экватора со смещением пыльного пояса в южное полушарие. Причём здесь США и Европа?

Замерзать должен был Египет, Центральная Африка, Центральная Америка, Бразилия и, наконец, сама Индонезия. Но там с климатом всё было очень неплохо. Интересно, что как раз в это время, в 1816 году, в Коста-Рике, что находится примерно на 1000 км севернее экватора, начали выращивать кофе. Причиной этому послужило: «…идеальное чередование дождливого и сухого сезонов. И, постоянная температура в течение всего года, что благоприятно сказывается на развитии кофейных кустов…»

И бизнес у них, знаете ли, пошёл. То есть, и севернее экватора на несколько тысяч километров было благоденствие. А вот дальше – полная «труба». Как это, интересно знать, 150 кубических километров извергнутого грунта перепрыгнули на 5…8 тысяч километров из южного полушария в северное, на высоте 43 километра, наперекор всем продольным стратосферным течениям, ни капельки не испортив погоды жителям Центральной Америки? Зато всю свою страшную, рассеивающую фотоны, непроницаемость эта пыль обрушила на Европу и Северную Америку.

Уильям Хамфрейс, основоположник этой наукообразной утки, нам, наверное, уже ничего не ответит, но современные климатологи обязаны что-нибудь промямлить на этот счёт. Ведь до сих пор никто из них открыто не опроверг грубую научную ошибку, значит, согласны. Тем более, что они прекрасно осведомлены о стратосферных течениях, и даже строят вполне сносные модели развития подобных ситуаций. Например, есть прогнозы ядерной зимы, где хорошо видна направленность распространения стратосферных потоков. Правда, почему-то там говорится о выброшенном в стратосферу дыме, что неправильно. При ядерном взрыве выбрасывается именно пыль (точно, как при вулкане).

Но самое странное в этом всемирном надувательстве – роль России. Хоть полжизни проживите в архивах и библиотеках, ни слова о плохой погоде в Российской Империи 1816 года вы не найдёте. У нас, якобы, был нормальный урожай, светило солнышко и зеленела травка. Мы, наверное, и не в Южном, и не в Северном полушарии живём, а в каком-то третьем.

Давайте-ка проверим себя на трезвость рассудка. Самое время, ибо мы стоим перед огромной оптической иллюзией. Итак, голод и холод в Европе 1816…1819 годов были! Это факт, подтверждённый множеством письменных источников. Могло ли это обойти стороной Россию? Могло, если дело касалось только западных областей Европы. Но в этом случае, точно пришлось бы забыть о вулканической гипотезе. Ведь стратосферную пыль растаскивает вдоль параллелей вокруг всей планеты.

А, кроме того, не менее полно, чем в Европе, трагические события освещены в Северной Америке. Но их всё-таки разделяет Атлантический океан. О какой локальности здесь можно говорить? Событие явно касалось всего северного полушария, включая Россию. Вариант, когда Северная Америка и Европа замерзали и голодали подряд 3 года, а Россия даже не заметила разницы, возможен только под покровительством Левашова Н.В. (см. статью «Укрощение строптивых»), что, вероятно, скоро мы и будем наблюдать. Но на тот момент о Левашове говорить не приходится.

Таким образом, с 1816 по 1819 года холод действительно царил во всём северном полушарии, включая Россию, что бы кто ни говорил. Учёные подтверждают это и называют первую половину 19 века «малым ледниковым периодом». И вот важный вопрос: кто больше пострадает от 3-летнего холода, Европа или Россия? Громче плакать будет, конечно же, Европа, а вот пострадает сильнее Россия. И вот почему. В Европе (Германия, Швейцария) время летнего роста растений доходит до 9-ти месяцев, а в России – около 4-х. Это значит, что у нас было не только в 2 раза меньше шансов вырастить достаточные запасы на зиму, но и в 2,5 раза больше шансов умереть от голода за более длинную зиму. И если в Европе население страдало, то в России положение было в 4 раза хуже, и по смертности в том числе. Это, если не брать в расчёт никакого волшебства. Ну, а вдруг.

Предлагаю читателям волшебный вариант развития событий. Предположим существование волшебника, который покрутил своим посохом и изменил движение высотных ветров, чтобы солнышко нам не загораживали. Но меня самого этот вариант не убеждает. Нет, в добрых волшебников я верю, а вот в иностранцев, которые десятками тысяч драпанули аж за океан, вместо того, чтобы спокойно приехать и погостить в Россию, где так хорошо, где им всегда рады, не верю.

Видимо, всё-таки в России было намного хуже Европы. Более того, именно наша территория, вероятно, и была источником климатических неприятностей всего полушария. И чтобы такое скрыть (кому-то это было нужно), все упоминания об этом изъяли, либо переработали.

Но если здраво поразмыслить, то как это могло быть? Всё северное полушарие страдает от климатических аномалий и не знает в чём дело. Первая научная версия появляется только спустя 100 лет, и та не выдерживает никакой критики. Но причина событий должна находиться именно на наших широтах. И если в Америке и Европе этой причины не наблюдают, то где же ей быть как не в России? Больше негде. А тут как раз Российская империя делает вид, что вообще не знает о чём речь. И не видели мы, и не слышали, и вообще у нас всё в порядке. Знакомое поведение, и очень подозрительное.

Тем не менее, следует принять во внимание пропавшее без вести расчётное население России 19 века, исчисляемое десятками, а может и сотнями миллионов. Они могли погибнуть как от той самой неизвестной причины, вызвавшей изменение климата, так и от тяжёлых последствий в виде голода, холода и болезней. А также не будем забывать о следах повсеместных масштабных пожаров, уничтоживших наши леса примерно в то время (подробнее см. в статье «Мне понятна твоя вековая печаль»). В результате чего выражение «вековая ель» (столетняя) несёт отпечаток редкой древности, хотя нормальный срок жизни этого дерева 400…600 лет. А многочисленные воронки, идентичные следам от взрывов ядерных боеприпасов, можно пока в расчёт не брать, поскольку не удаётся точно установить их возраст (см. статью «Ядерный удар по нам уже произошёл»).

Нет сомнений, что на территории России в 1815-1816 годах состоялись некие события, погрузившие во тьму весь «цивилизованный мир». Но что это могло быть? Научное сообщество не зря склоняется к вулканической версии. Ведь многочисленные атмосферные явления, сопровождавшие «малый ледниковый период», говорят о загрязнении стратосферы большим количеством пыли. А выбросить несколько кубических километров пыли на высоту более 20-ти километров могут только вулкан, или мощный ядерный взрыв (серия взрывов). Применение ядерного оружия до 1945 года – табу. Поэтому учёным оставался только вулкан. За неимением более подходящего по расположению вулкана, на эту должность назначили индонезийскую Тамбору.

Но учёным известно, что процессы выброса грунта, сопутствующие наземному ядерному взрыву, очень близки к вулканическим, и они не постеснялись подсчитать, что извержение Тамборы соответствовало по мощности взрыву 800-мегатонного ядерного заряда.

Сегодня у нас есть все основания записать себе на подкорочку установку о том, что территория России в 1815-1816 годах стала полигоном грандиозных событий, сопровождавшихся выбросом большого количества пыли в стратосферу, погрузивших во мрак и холод всё северное полушарие на 3 года. Учёные называют это «малым ледниковым периодом», но можно сказать и по-другому – «малая ядерная зима». Это привело к большим жертвам среди нашего населения и, вероятно, сильно подорвало экономику. Так же важно знать, что кому-то очень понабилось это скрыть

idoorway.mirtesen.ru

Популярное:

  • Образец заявление обеспечение иска Заявление в суд об отсрочке исполнения решения суда образец. Заявление об отсрочке платежа В практике очень часто необходимо отсрочить выполнение решения суда. Как правило это может быть вызвано многими причинами. Начиная от желания […]
  • Влияние налогов на себестоимость продукции Влияние налогов на себестоимость продукции Когда выручка превышает себестоимость, финансовый результат свидетельствует о получении прибыли. Предприятие всегда ставит своей целью прибыль, но не всегда ее извлекает. Если выручка равна […]
  • Кузнецову заявление Документы для работника: готовим и выдаем "Отдел кадров коммерческой организации", 2013, N 11 ДОКУМЕНТЫ ДЛЯ РАБОТНИКА: ГОТОВИМ И ВЫДАЕМ Нередки ситуации, когда работник обращается к работодателю с просьбой о выдаче тех или иных […]
  • Дополнительные пособия к умк Босова Л. Л. развитие мотивационных, операциональных и когнитивных личностных ресурсов учащихся; формирование ИКТ-компетентности и подготовку школьников к сдаче ГИА; подготовку молодых людей к жизни и продолжению образования в […]
  • Стаж после 2001 года В Санкт-Петербурге июль, 25, 2018 год 18 °C Читают все Н овости партнёров L entainform «Я решил досконально изучить вопрос процедуры и схемы расчета своей пенсии» 30/08/2013 Подходит время получения трудовой пенсии, и я решил досконально […]
  • Как оформить рекламный баннер Как сделать эффективный баннер? Итак, в который раз вы, глядя на очередной внезапно возникший баннер, думаете: «Черт, как такое вообще можно было сделать?!» Обилие спецэффектов, ярких красок, непонятных звуков, назойливость и откровенно […]
  • Постановление правительства об утверждении правил перевозки пассажиров Постановление Правительства РФ от 13 февраля 2018 г. № 153 “Об утверждении Правил оснащения транспортных средств категорий М2, М3 и транспортных средств категории N, используемых для перевозки опасных грузов, аппаратурой спутниковой […]
  • Налог по дарственной не родственнику Налог при дарении между родственниками Чаще всего мы получаем подарки от родственников. При этом подарком могут быть деньги, недвижимость, транспорт и другое имущество. Поэтому возникает вопрос - нужно ли рассматривать подарок от […]