Иск об обязании исполнить договор в натуре

Компенсация за неисполнение решения суда: первая практика

  • Полетаева Анна | ведущий юрисконсульт ООО «Оптимус-Мед»
  • В ыиграть спор – это только половина дела, ведь победителю еще предстоит получить присужденное. Понимая это, законодатель недавно ввел новый механизм защиты прав кредитора – присуждение в его пользу денежной суммы на случай неисполнения судебного акта. Расскажем, как работает этот механизм и кто ­может им воспользоваться.

    Вопрос об исполнении судебных решений в России стоит достаточно остро, ведь их неисполнение необременительно для должников. По приблизительным данным исполняются только 20% решений. Думается, данная цифра близка к действительности. Особенно это касается вне­договорных отношений (например, при виндикации – истребовании вещи из чужого незаконного владения), а также ситуаций, когда договором не предусмотрена ответственность за неисполнение обязательств в натуре в виде неустойки.

    Международный опыт

    С целью принуждения к исполнению судебных решений во Франции в XIX веке был придуман специальный штраф, взыскиваемый в пользу истца – астрент (l’ astreinte). С тех пор французские судьи не только разрешают споры. Суды также должны обеспечивать исполнение вынесенного решения, налагая штраф, размер которого они определяют сами с учетом финансовых возможностей ответчика, степени его добросовестности и желания (или нежелания) исполнить обязательство. Размер астрента не зависит от понесенных истцом убытков или начисленных процентов и взыскивается с тем, чтобы наказать ответчика. Поэтому суды не ­выясняют, был ли кредитору причинен какой-либо ущерб.

    Астрент во Франции эффективен как средство принуждения к исполнению решений судов в натуре. Он способствует формированию правовой культуры, уважению решений суда и включен в Принципы международных коммерческих договоров (УНИДРУА 2010): «Если суд обязывает сторону произвести исполнение, он также может предписать ей уплатить штраф, если она не исполнит его решение» (ст. 7.2.4).

    Европейский Суд по правам человека (далее – ЕСПЧ) в п. 31 и 36 постановления от 08.11.2007 по делу «ООО ПКГ “Сиб-ЮКАСС” (OOO PKG “Sib-YUKASS”) против Российской Федерации» (жалоба № 34283/05) отметил, что исполнение судебных решений в пользу заявителя со ­значительной задержкой влечет нарушение ответчиком:

  • п. 1 ст. 6 «Право на справедливое судебное разбирательство» Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 04.11.1950)
  • ст. 1 «Защита собственности» протокола № 1 к этой Конвенции.
  • ЕСПЧ также подчеркнул, что компенсация не будет адекватной, если при ее установлении не учтены различные обстоятельства, влекущие снижение ее ценности (например, длительная задержка с исполнением).

    Российская практика

    Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. КС РФ, сославшись на тот же п. 1 ст. 6 указанной Конвенции, отметил, что исполнение судебного решения – это один из элементов судебной защиты. Поэтому, если решение не исполняется, защита нарушенных прав не является действенной. Дословно КС РФ выразил эту мысль так: «…право каждого на судебную защиту стало бы иллюзорным, если бы правовая система государства допускала, чтобы окончательное, обязательное судебное решение оставалось ­недействующим к ущербу одной из сторон» (постановление от 14.05.2012 № 11-П).

    В определении от 20.03.2008 № 153-О-О КС РФ расценил неисполнение решения как неуважение к суду и отметил, что оно должно влечь ­ответственность.

    Позже возможность присуждения компенсации была закреплена в п. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 22 «О некоторых вопросах присуждения взыскателю денежных средств за неисполнение судебного акта» (далее – Постановление № 22). С тех пор самая крупная сумма была взыскана с компании по решению Арбитражного суда Ставропольского края от 19.01.2015 по делу № А63-9751/2014 – 3 000 000 руб. за каждую неделю просрочки. Таким образом, возможность потребовать уплаты процентов на случай неисполнения судебных актов (со ссылкой на акты КС РФ или ВАС РФ) существует не первый год.

    Законодательные изменения

    И, наконец, Федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» в ГК РФ была введена ст. 308.3 об астренте.

    1. В случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

    2. Защита кредитором своих прав в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи не освобождает должника от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства (глава 25).

    Судебная практика, касающаяся «узаконенного» астрента, уже начала набирать обороты и давать ответы на некоторые вопросы, связанные с применением этого института. Например, является ли астрент мерой не только гражданско-правовой, но и процессуальной ответственности?

    Суды нашли основания для применения судебного штрафа в арбитражном процессе. Часть 1 ст. 16 АПК РФ устанавливает обязательность вступивших в законную силу судебных актов. Согласно ч. 2 этой статьи их неисполнение, а также невыполнение требований арбитражных судов влечет за собой ответственность, установленную АПК РФ и другими законами. При этом неправомерная задержка исполнения судебного акта рассматривается как нарушение права на справедливое правосудие в разумный срок (п. 3 ст. 2, ч. 5 ст. 6.1 АПК РФ). А это предполагает необходимость справедливой компенсации лицу, которому причинен вред нарушением данного права (решение Арбитражного суда Красноярского края от 16.07.2015 по делу № А33-8915/2015).

    Астрент как неустойка

    Закон признает астрент неустойкой, т.к. делает отсылку к п. 1 ст. 330 ГК РФ о неустойке.

    Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

    Из определения следует, что неустойка определяется законом или договором, а астрент – судом. При этом неустойка взыскивается как в случае неисполнения обязательства, так и в случае ненадлежащего его исполнения. А астрент присуждается только на случай неисполнения обязательства. И здесь перед судебной практикой встанет вопрос о разграничении понятий неисполнения и ненадлежащего исполнения.

    Поскольку астрент признается одним из видов неустойки, к нему должны применяться все нормы ГК РФ о неустойке (ст. 330–333 ГК РФ).

    В свете того, что суд самостоятельно определяет размер астрента, говорить о праве сторон заключать соглашение об астренте (ст. 331 ГК РФ) или о применении судом ст. 333 ГК РФ о снижении неустойки не приходится. Впрочем, не исключены ситуации, когда должник после ­исполнения ­судебного решения попросит о снижении назначенной судом суммы.

    Астрент применяется в совокупности с другими мерами ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств (компенсация убытков, договорная и законная неустойка и др.). Так сказано в п. 2 ст. 308.3 ГК РФ. При этом зачитывать астрент в счет ­убытков недопустимо.

    Суды также отмечают, что астрент по своей правовой природе является дополнительным способом понуждения к исполнению судебного акта (решение Арбитражного суда Красноярского края от 2.07.2015 по делу № А33-5263/2015).

    Размер и порядок определения астрента

    При определении размера астрента Пленум ВАС РФ в п. 3 Постановления № 22 рекомендовал судам учитывать следующие факторы:

  • степень затруднительности исполнения судебного акта,
  • наличие возможности ответчика добровольно исполнить судебный акт,
  • имущественное положение ответчика (например, размер его финансового оборота),
  • иные обстоятельства, заслуживающие внимания.

Но самое важное, что в результате присуждения такой суммы исполнение судебного акта для ответчика должно оказаться более выгодным, чем его неисполнение. Это значит, что сумма астрента должна превосходить возможные выгоды от неисполнения решения. И суды придерживаются данных рекомендаций (решение Арбитражного суда Красноярского края от 02.07.2015 по делу № А33-5263/2015). При этом некоторые суды указывают, что размер присуждаемой суммы относится к оценочной категории и может устанавливаться в любом размере, превышающем реальные затраты на исполнение судебного акта (решение Арбитражного суда ­Красноярского края от 02.07.2015 по делу № А33-5263/2015).

Вместе с тем, очевидно, денежная сумма не должна быть чрезмерно обременительной для должника и в совокупности с иными мерами ответственности за неисполнение обязательства приводить к прекращению его деятельности. Определяя размер астрента, суд может учитывать ссылку должника на уважительные причины, препятствующие исполнению, или иные обстоятельства. Это подтверждает и судебная практика. Так, Арбитражный суд Самарской области в определении от 19.06.2015 по делу № А55-23576/2013 взыскал астрент с учетом степени ­исполненности ­решения и наличия трудностей, препятствующих исполнению.

Согласно п. 1 ст. 308.3 ГК РФ суд определяет размер астрента на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения. Таким образом, в требовании о присуждении астрента истец может не указывать никакой суммы или порядка определения ее размера. Но будет лучше, если истец выскажет свои пожелания (в соответствии с рекомендациями ВАС РФ). Суд вполне может принять во внимание мнение истца, отвечающее требованиям справедливости и соразмерности (решение Арбитражного суда Самарской области от 25.06.2015 по делу № А55-5765/2015). Хотя в некоторых случаях суд может и не учесть его (решение ­Арбитражного суда ­Чувашской Республики от 14.07.2015 по делу № А79-2162/2015).

Пленум ВАС РФ полагал, что астрент может иметь разные формы (п. 3 Постановления № 22):

  • твердая денежная сумма, взыскиваемая единовременно;
  • периодически начисляемые платежи;
  • денежная сумма, начисляемая по прогрессивной шкале (например, за первую неделю неисполнения – одна сумма, за вторую – в большем размере и т.д.).
  • Момент возникновения обязательства по уплате астрента

    В п. 3 Постановления № 22 сказано, что момент начала начисления астрента определяет суд. Этот момент может настать со вступлением решения в законную силу или по истечении определенного судом срока, который ­необходим для добровольного исполнения судебного акта (ч. 2 ст. 174 АПК РФ).

    Существуют судебные акты как первого, так и второго варианта. Так, в решении от 14.07.2015 по делу № А79-2162/2015 Арбитражный суд Чувашской Республики указал: «Компенсация подлежит взысканию в случае неосвобождения спорного нежилого помещения по истечении семи рабочих дней со дня вступления решения суда в законную силу по день фактического освобождения помещения».

    Но в подавляющем большинстве случаев момент возникновения обязательства по уплате астрента наступает со дня вступления решения в законную силу (см., например, решение Арбитражного суда Самарской ­области от 25.06.2015 по делу № А55-5765/2015).

    Поэтому исполнение решения до вступления его в силу освобождает ответчика от уплаты астрента. Так, Арбитражный суд Самарской области подчеркнул, что «в случае оплаты ответчиком взысканной суммы до вступления решения в законную силу проценты на случай неисполнения судебного акта начислению не подлежат. В случае частичной оплаты ответчиком взысканной суммы проценты подлежат начислению на оставшуюся часть указанной суммы» (решение от 15.07.2015 по делу № ­А55-11995/2015).

    Применение астрента к обязательствам, исполняемым в натуре, и денежным обязательствам

    Применение астрента к неденежным обязательствам практически не вызывает вопросов. А возможность применения его к денежным обязательствам в среде юристов и судей порождает разногласия, о которых будет сказано ниже.

    Обязательства в натуре и астрент

    Пункт 1 ст. 308.3 ГК РФ говорит о том, что астрент применяется только при удовлетворении исков об исполнении обязательств в натуре. Согласно толковому словарю С.И. Ожегова, Н.Ю. Шведовой 1 слово «натура» означает товары или продукты, применяемые в качестве платежного средства.

    Различие между денежными обязательствами и обязательствами, ­испоняемыми в натуре, подтверждается и положениями ГК РФ, в котором отдельно содержатся ст. 395 об ответственности за неисполнение денежного обязательства и ст. 396 об ответственности и исполнении обязательства в натуре. В Постановлении № 22 понятия денежных и неденежных требований также разделены. В нем сказано, что неденежные требования выражаются в совершении определенных действий или ­воздержании от ­определенного действия (п. 3).

    Таким образом, астрент можно установить только в отношении неденежных обязательств. Иски о понуждении к исполнению обязательств в натуре встречаются не часто, но судебные акты, обязывающие уплатить астрент на случай неисполнения обязательства в натуре, уже появились.

    Госзаказчик оплатил товар (интерактивную доску), а поставщик не поставил его на момент рассмотрения дела судом. Истец просил суд обязать ответчика исполнить обязательства по госконтракту, а именно: поставить товар, а в случае неисполнения данной обязанности взыскать с ответчика денежные средства.

    Суд удовлетворил требование об исполнении обязательства в натуре. А обязанность уплатить астрент была установлена в качестве альтернативы – «в случае неисполнения обязательства» в установленный судом срок (решение Арбитражного суда Свердловской области от 19.08.2015 по делу № А60-30900/2015).

    Вывод о невозможности применения астрента к денежным долгам подтверждается многочисленными судебными актами (решение Арбитражного суда Свердловской области от 08.09.2015 по делу № А60-32823/2015, Арбитражного суда Курской области от 17.07.2015 по делу № А35-1008/2015, Арбитражного суда Красноярского края от 20.07.2015 по делу № А33-6809/2015 и др.).

    Проценты по денежным требованиям

    Прежде ответственность за неисполнение судебного решения по денежному обязательству устанавливалась на основании ст. 395 ГК РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами (п. 2 Постановления № 22). Но 23 июня 2015 г. пунктом 133 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) эта возможность была отменена.

    А с 1 июня 2015 года в ст. 395 ГК РФ появился п. 4, согласно которому в случае, когда соглашением сторон предусмотрена неустойка за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства, проценты за пользование чужими денежными средствами не подлежат взысканию. Из этого правила можно сделать вывод о запрете применения ст. 395 ГК РФ для присуждения компенсации в случае, если за ­неисполнение ­денежного обязательства установлена неустойка.

    Подробнее о Постановлении № 25 см. статью Анны Полетаевой «Общие положения ГК РФ: ВС РФ разъясняет»

    В связи с такими изменениями суды пришли к выводу, что теперь невозможно взыскивать проценты по ст. 395 ГК РФ с должника по денежному обязательству (решения Арбитражного суда Красноярского края от 14.07.2015 по делу № А33-7855/2015, от 20.07.2015 по делу № А33-6809/2015). В частности, в решении от 22.06.2015 по делу № А62-2640/2015 Арбитражный суд Смоленской области сослался на появление ст. 308.3 ГК РФ и указал, что ­денежное обязательство не является обязательством, исполняемым в ­натуре.

    Другие суды при отказе в иске о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами на случай неисполнения решения дополнительно указывали, что истец может воспользоваться ст. 308.3 ГК РФ в будущем (решение Арбитражного суда Республики Бурятия от 16.07.2015 по делу № А10-5814/2014). Кстати, в свете Постановления № 25 ссылка истца на неприменимую в деле норму права не должна являться основанием для отказа в удовлетворении требований.

    Надо отметить, что п. 1 ст. 395 ГК РФ наряду со случаями неправомерного удержания, уклонения от возврата и т.д. содержит такое основание взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, как «иная просрочка в их возврате», что в принципе можно отнести и к случаям неисполнения судебных решений.

    Денежное требование как обязательство, исполняемое в натуре

    Среди юристов существует мнение, что иск о присуждении к исполнению обязательства в натуре имеет место и тогда, когда истец требует погашения денежного долга (решения Арбитражного суда г. Москвы от 16.07.2015 по делу № А40-96613/15, Чувашской Республики от 08.07.2015 по делу № А79-3454/2015). Их аргументация сводится к тому, что ст. 12 ГК РФ, где перечисляются способы защиты гражданских прав, не упоминает такой способ защиты, как взыскание основного денежного долга. Тем не менее этот способ широко распространен в судебной практике (постановление Седьмого ­арбитражного апелляционного суда от 11.09.2015 по делу № А27-17696/2014).

    Поэтому некоторые суды стали применять астрент и к денежным обязательствам, хотя последние тенденции такой подход не приветствуют. При этом требования могли быть сформулированы по-разному: проценты за пользование чужими денежными средствами, проценты на ­присужденную сумму либо за неисполнение судебного решения.

    Так, Арбитражный суд Новосибирской области удовлетворил иск, в котором были заявлены одновременно требования о взыскании процентов:

    • за пользование чужими денежными средствами;
    • начисленных на всю присужденную сумму за каждый день с момента вступления решения суда в силу до его фактического исполнения (на основании ст. 308.3 ГК РФ).
    • К обоим видам процентов суд применил одинаковую ставку – 8,25% (решение от 10.08.2015 по делу № А45-9956/2015).

      В другом случае суд при удовлетворении требования о взыскании процентов на случай неисполнения судебного акта сослался на ст. 308.3 и ст. 395 ГК РФ в паре. Но проценты были начислены не на всю сумму, а только на сумму задолженности без неустойки, поскольку начисление процентов на неустойку в силу ст. 395 ГК РФ недопустимо (решение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.09.2015 по делу № А56-31456/2015).

      А суд Пермского края, руководствуясь одновременно ст. 308.3 и п. 1 ст. 395 ГК РФ удовлетворил требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами на суммы долга и неустойки с момента вступления судебного акта в силу до его фактического исполнения. Применение нормы ст. 395 ГК РФ он обосновал тем, что неисполнение денежного обязательства, предусмотренного решением, влечет невозможность использования взыскателем присужденных в его пользу денежных средств и, как следствие, несение им финансовых потерь. Кроме этого, он посчитал, что иное не обеспечивает кредитору компенсации потерь, а должник необоснованно извлекает выгоду от неисполнения обязательства, что очевидно противоречит задачам судебной защиты (решение Арбитражного суда Пермского края от 07.07.2015 по делу № А50-8969/2015).

      Нельзя не отметить, что последние примеры, приведенные в этом подразделе статьи, скорее исключение, чем правило.

      Защита кредитора по денежным обязательствам

      Сразу скажем, что кредиторам, которым должны деньги, мы не рекомендуем ссылаться на ст. 308.3 ГК РФ и просить суд установить астрент. Когда кредитор подает иск об удовлетворении денежного требования, «сверху» он может потребовать или проценты по ст. 395 ГК РФ, или неустойку.

      Сумма неустойки (или порядок ее определения) устанавливается сторонами в договоре или законом. А размер процентов определяется существующими средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц в месте жительства кредитора. Сведения о средних ставках банковского процента по вкладам физических лиц в рублях для целей применения ст. 395 ГК РФ по федеральным округам размещены на сайте ЦБ РФ (www.cbr.ru). Ознакомиться с ними можно последовательно перей­дя по вкладкам «Статистика», потом «Банковский сектор», затем «Процентные ставки и структура кредитов и депозитов по срочности». По общему правилу проценты за пользование чужими денежными средствами взимаются по день уплаты суммы долга кредитору (п. 3 ст. 395 ГК РФ, решения Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.09.2015 по делу № А27-17696/2014, Арбитражного суда ­Нижегородской области от 25.09.2015 по делу № А43-17489/2015).

      Если договор не содержит условия о неустойке, кредитор обращается к ст. 395 ГК РФ и требует начисления процентов с момента просрочки уплаты денег до момента исполнения судебного решения.

      Если договор, в котором предусмотрена неустойка, расторгнут на момент обращения в суд, можно заявить о взыскании процентов по ст. 395 ГК РФ с момента расторжения до момента исполнения решения, т.к. неустойка будет взыскана только до момента расторжения. Причем проценты на ­неустойку не могут быть начислены (это следует из самой нормы о ­процентах).

      Но самым лучшим вариантом будет внесение в договор условий о том, что за просрочку начисляются и неустойка, и проценты. Можно даже предусмотреть сложные проценты, т.е. начисление процентов на проценты (п. 5 ст. 395 ГК РФ). Тогда кредитор будет надежно защищен от недобросовестных должников. Правда, суд может уменьшить проценты, если их сумма явно ­несоразмерна последствиям нарушения обязательства (п. 6 ст. 395 ГК РФ).

      В постановлении Президиума ВАС РФ от 08.06.2010 № 904/10 предусмотрена возможность начисления процентов также на сумму убытков.

      Случаи, когда иск об исполнении обязательства в натуре не применяется

      В п. 1 ст. 308.3 ГК РФ сказано, что астрент присуждается только в случае удовлетворения иска об исполнении обязательства в натуре. Эта же норма допускает, что предъявление такого иска может быть невозможно в силу закона, договора либо самого существа обязательства.

      Бывает, что невозможность исполнения не прекращает обязательства (например, при отсутствии лицензии или имущества в натуре для передачи кредитору в будущем). В этом случае решение суда об исполнении обязательства в натуре будет исполнить просто невозможно. Так, в п. 5 постановления Пленума ВАС от 11.07.2011 № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем» сказано, что продавец в судебном порядке не может быть понужден к совершению действий по приобретению или созданию вещи, подлежащей передаче покупателю в будущем.

      Когда исполнить обязательство должнику фактически оказывается крайне сложно, а кредитор может без труда найти ему замену на рынке, возможно, суды тоже посчитают целесообразным отказать в иске об ­исполнении обязательства в натуре.

      Закон предусматривает и другие случаи невозможности исполнения, например когда должник не может исполнить обязательство из-за непреодолимой силы (п. 3 ст. 401 ГК РФ). Кроме того, обязательство может прекращаться невозможностью исполнения (ст. 416 ГК РФ) или на основании акта органа государственной власти или органа местного самоуправления (ст. 417 ГК РФ). В этих обстоятельствах должник вообще не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее ­исполнение обязательства.

      В перечисленных ситуациях у сторон остается право на расторжение договора, возврат предоставленного исполнения (т.е. уплаченных денег), возмещение убытков и уплату процентов на эти суммы либо право на ­замену обязательства в натуре на денежное.

      Ассоциация ТСЖ обратилась в суд к муниципальному учреждению с иском об обязании произвести ремонтные работы. Иск был удовлетворен.

      Позднее ответчик обратился в суд с заявлением о рассрочке исполнения. Суд предоставил рассрочку с установлением графика проведения работ, но ответчик обязательство не исполнил. Поэтому истец обратился в суд с заявлением об изменении способа и порядка исполнения судебного решения. Способ и порядок исполнения решения был изменен, и ранее существовавшее обязательство было заменено на денежное (ч. 1 ст. 324 АПК РФ, постановление ФАС Поволжского округа от 12.04.2010 по делу № А57-606/2008).

      Понятно, что во всех случаях, когда суд отказывает истцу в удовлетворении требования об исполнении обязательства в натуре или заменяет способ исполнения обязательства по просьбе истца, астрент не может быть установлен.

      Случаи, когда астрент не взыскивается

      В некоторых случаях исполнение обязательств в натуре ответчиком не требуется, т.к. суд своим решением устанавливает юридический факт. Это относится к таким ситуациям, как, например:

    • иск о понуждении к заключению договора в обязательном порядке (ст. 445 ГК РФ),
    • иск об изменении или расторжении договора (п. 2 ст. 450 ГК РФ),
    • прекращение обязательства, обеспеченного задатком, до начала его исполнения (ст. 381 ГК РФ).
    • Во всех этих случаях исполнять решение от должника не требуется. Так, при удовлетворении иска о понуждении к заключению договора он считается заключенным с момента вступления в силу решения суда (на условиях, определенных в этом решении), и исполнять само решение ответчику не нужно. Поэтому просить взыскать денежную сумму на случай неисполнения судебного акта нельзя. Кредитор вправе потребовать только возмещения убытков.

      Процессуальные моменты

      Закон не раскрывает процессуальный порядок взыскания астрента. В судебной практике требование об астренте заявляется наряду с исковыми требованиями. О применении астрента можно заявить как ходатайство в процессе рассмотрения дела, так и требование ­непосредственно в исковом заявлении.

      Если истец не требовал присуждения денежных средств на случай неисполнения судебного акта и, следовательно, суд их не присудил, а решение не исполняется, взыскатель вправе обратиться с заявлением в тот же суд о взыскании денежных средств за неисполнение судебного акта. Эту процедуру можно повторять до исполнения решения суда (например, если ответчик нарушил срок исполнения судебного решения, а астрент рассчитан до ­окончания этого срока).

      Пленум ВАС РФ в п. 3 Постановления № 22 предложил ссылаться на ст. 324 АПК РФ об отсрочке или рассрочке исполнения судебного акта, изменения способа и порядка его исполнения. Однако астрент ничего из перечисленного собой не представляет.

      Также можно применить ст. 178 АПК РФ, обратившись с заявлением о вынесении дополнительного решения (решение Арбитражного суда ­Республики Бурятия от 16.07.2015 по делу № А10-5814/2014).

      При этом должник сам на основании тех же ст. 178 и 324 АПК РФ может обратиться в суд с просьбой изменить или отменить ранее установленный размер астрента, доказав наличие уважительных причин, препятствующих исполнению, или иных обстоятельств. Закон это не запрещает. В АПК РФ существуют нормы, позволяющие суду отменить принятый им акт, в частности, об обеспечении иска по ходатайству участника дела (ч. 1 ст. 97 АПК РФ).

      Иные меры ответственности за неисполнение судебных актов

      Пункт 5 ст. 119 АПК РФ предусматривает возможность наложения штрафа за проявленное неуважение к суду. Согласно ст. 332 АПК РФ за неисполнение судебного акта или действий, указанных в исполнительном листе, суд также может наложить штраф. Очевидно, что под действиями имеются в виду обязательства в натуре. Штраф для организаций может составить до 100 000 руб. Необходимым условием для привлечения к процессуальной ответственности является наличие вины лица, не исполнившего судебный акт, и вступление в силу решения (за исключением случаев немедленного исполнения). И в практике есть примеры взыскания таких штрафов (определение Арбитражного суда ­Свердловской ­области от 07.08.2014 по делу № А60-6394/2014).

      Ответственность за неисполнение должником требований неимущественного характера, содержащихся в исполнительном документе, установлена и ст. 17.15 КоАП РФ. Штраф для компаний составляет от 30 000 до 50 000 руб.

      Уголовная ответственность за злостное уклонение от исполнения судебных решений предусмотрена ст. 315 УК РФ. Эта статья грозит ­различными санкциями вплоть до лишения свободы на срок до двух лет.

      Статьями 105 и 112 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» предусматривается возможность взыскания приставом-исполнителем исполнительского сбора как за неисполнение требований неимущественного характера, так и за неисполнение денежных требований в размере 7% от подлежащей взысканию суммы или стоимости взыскиваемого имущества.

      Все перечисленные штрафы идут в доход государства, поэтому кредиторы редко используют такие способы принуждения к исполнению судебных актов. К тому же они нечувствительны для должника, что делает исполнение судебных решений невыгодным, за исключением, пожалуй, исполнительского сбора.

      До введения астрента единственная форма частноправовой ответственности была предусмотрена ст. 183 АПК РФ, которая дает взыскателю возможность проиндексировать присужденные судом денежные ­суммы. Вот только на неденежные обязательства она не ­распространяется.

      Надо сказать, что суды взыскивают штрафы не только при рассмотрении гражданско-правовых дел, но и в спорах с государственными ­органами.

      Суд признал бездействие ИФНС, выразившееся в непринятии решения об отмене приостановления операций по счетам налогоплательщика, незаконным, как несоответствующее НК РФ. Налогоплательщик обратился в суд с требованием о наложении судебного штрафа в сумме 100 000 руб. на ИФНС за неисполнение решения суда. Суд удовлетворил требование истца со ссылкой на нормы АПК РФ (ст. 119 и 332) и взыскал в доход бюджета 30 000 руб. (решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.02.2014 по делу № А65-26193/2013).

      Как правильно заметил ФАС Поволжского округа, требуя взыскать штраф, заявитель в подобных делах не достигает субъективной цели – компенсации несвоевременного исполнения судебного акта, поскольку штраф взыскивается в доход бюджета (решение от 06.06.2014 по делу № А65-26193/2013).

      Когда ответчиками выступают госорганы, право на компенсацию за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок заявителю дает Федеральный закон от 30.04.2010 № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок». Размер компенсации суд определяет исходя из требований заявителя, обстоятельств дела, ­продолжительности нарушения и значимости его последствий для ­заявителя.

      Например, Президиум ВАС РФ в постановлении от 12.03.2013 № 8711/12 по делу № А12-14977/2010 взыскал компенсацию за неисполнение решения суда о взыскании основного долга по ставке рефинансирования, увеличенной на 3% (с 8,25% до 11,25%). Отметим, что согласно общеобязательной позиции ЕСПЧ, процентная ставка при просрочке платежей действительно определяется исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

      Что касается самого астрента, то позиция судов, в т.ч. ВС РФ, неутешительна. Они считают, в частности, что «положения Налогового кодекса позволяют произвести адекватное возмещение финансовых потерь взыскателя, вызванных длительной задержкой неисполнения судебного акта» (определение ВС РФ от 28.08.2015 № 307-КГ15-7139 по делу № ­А56-30865/2013). Так, ст. 35 НК РФ предусмотрено, что налоговые и таможенные органы возмещают убытки, понесенные налогоплательщиками по их вине. Ответственность налоговых органов за нарушение срока возврата налога также прямо предусмотрена законодательством (п. 10, 11 ст. 176 НК РФ).

      Заключение

      У юристов вызывает сомнение обоснованность включения астрента в главу 21 ГК РФ о понятии обязательства, ведь обязанность исполнения судебного акта не составляет содержания обязательства. Поэтому применение к ней норм о неустойке не совсем правильно. Но закон есть закон, и кредиторам приходится пользоваться теми правовыми ­инструментами, которые предоставил законодатель.

      Судебная практика по астренту уже начала формироваться, но многие вопросы еще не получили однозначного практического ответа. Например, считается ли денежное обязательство обязательством, исполняемым в натуре? Одни суды удовлетворяют требования кредиторов о ­присуждении астрента по денежным обязательствам, другие – нет.

      Так же нет определенности в расчете размера компенсации. Можно привести интересное решение, которым была присуждена самая большая в России компенсация за неисполнение судебного решения ­Библиотекой Конгресса США.

      Министерство культуры РФ обратилось к Библиотеке Конгресса США с требованиями:

    • об обязании ответчиков возвратить Федеральному государственному бюджетному учреждению «Российская государственная библиотека» книги, которые ­являются памятником культуры и обладают особой имущественной ценностью;
    • о присуждении денежных средств в размере 50 000 долларов США за каждый день неисполнения решения в качестве компенсации за нарушение разумного срока судопроизводства.
    • Суд установил, что между сторонами сложились отношения безвозмездного пользования книгами. Через девять лет российская библиотека отказалась от ­исполнения договора и потребовала вернуть книги, что ответчик не исполнил.

      Суд обратил внимание, что КС РФ и ЕСПЧ неоднократно указывали на необходимость установления надлежащих гарантий исполнения судебных актов. А лицу, которому причинен вред неисполнением или несвоевременным исполнением судебного акта, должна быть присуждена справедливая компенсация. В итоге суд удовлетворил требования истца в полном объеме (решение Арбитражного суда г. ­Москвы от 29.05.2015 по делу № А40-82596/13).

      Конечно, присуждение значительного размера астрента происходит не часто. Поэтому не исключены ситуации, когда астрент станет той ­ценой, которую должник готов платить за неисполнение судебного ­решения.

      Еще один риск при применении астрента – превращение его в безнадежный долг, если, например, должник является «фирмой-однодневкой».

      Тем не менее, несмотря на все риски, недостатки и спорные моменты, введение астрента как частноправового института ответственности за неисполнение судебных актов является большим шагом вперед в развитии гражданского права и заставит должников как минимум ­задуматься о добросовестном исполнении своих обязательств.

      www.delo-press.ru

      Арбитражный суд Дальневосточного округа

      О некоторых вопросах судебной практики при разрешении споров, связанных с применением способов обеспечения исполнения обязательств, предусмотренных главой 23 Гражданского кодекса Российской Федерации

      В соответствии с планом работы Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа на первое полугодие 2014 года, утвержденным приказом Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 13.01.2014 №3-осн, изучена и проанализирована практика рассмотрения споров, связанных с применением способов обеспечения исполнения обязательств, предусмотренных главой 23 Гражданского кодекса Российской Федерации [1] , в целях выявления правоприменительных проблем и спорных вопросов, возникающих при рассмотрении данной категории дел, выработки единых подходов к их разрешению для обеспечения единообразной судебной практики, по результатам которых подготовлено настоящее обобщение.

      Способы обеспечения исполнения обязательств представляют собой предусмотренные законом или договором дополнительные меры воздействия на должника, обязанного совершить в пользу управомоченной стороны (кредитора) определенные действия: передать имущество, уплатить деньги, выполнить работу, оказать услуги и т.д.

      Правовой основой для разрешения споров, связанных с применением акцессорных обязательств — способов обеспечения исполнения обязательства , являются нормы ГК РФ (глава 23), Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», Закона РФ от 29.05.1992 № 2872-1 «О залоге». Правовая позиция Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации [2] по отдельным вопросам применения законодательства об акцессорных обязательствах в основном содержится в Постановлениях Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», от 23.03.2012 № 14 «Об отдельных вопросах практики разрешения споров, связанных с оспариванием банковских гарантий», от 17.02.2011 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о залоге», от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», а также в Информационных письмах Президиума ВАС РФ от 21.12.2005 № 104 «Обзор практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса РФ о некоторых основаниях прекращения обязательств» от 28.01.2005 № 90 « Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с договором об ипотеке», от 20.01.1998 № 28 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве» , от 15.01.1998 № 27 « Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии».

      В главе 23 ГК РФ поименованы шесть основных способов обеспечения обязательств, направленных на стимулирование должника к надлежащему исполнению обязательства, а также имеющих целью предотвращение либо уменьшение размера негативных последствий, которых могут возникнуть в случае ненадлежащего исполнения либо неисполнения обеспечиваемого обязательства, а именно: неустойка, залог, удержание имущества должника, поручительство, банковская гарантия, задаток. Вместе с тем данный перечень не является исчерпывающим. Интересы кредитора в обязательстве могут быть обеспечены любым иным способом, предусмотренным как законодательством, так и согласованным сторонами в договоре.

      Следует отметить, что нормы, регламентирующие названные способы обеспечения исполнения обязательств, не ставят ни один из способов в приоритет над другими, однако указанные акцессорные обязательства различаются по степени воздействия на должника и методам достижения цели — побудить должника надлежащим образом исполнить обязательство, а также частоте применения субъектами предпринимательской деятельности (например, неустойка и залог являются наиболее востребованными способами). Анализ судебной практики (для подготовки настоящего обобщения изучены и проанализированы дела, рассмотренные Федеральным арбитражным судом Дальневосточного округа, за период с 2011 года по первый квартал 2014 года) также подтверждает дифференцированный подход кредиторов к выбору оптимальному способа обеспечения обязательства в зависимости от существа основного обязательства (например, залог чаще всего используется субъектами обязательственных правоотношений, вытекающих из договоров займа, кредитных договоров либо договоров купли-продажи). Вместе с тем конкретных статистических данных суда округа привести не представляется возможным, поскольку, как правило, требования, связанные со способами обеспечения исполнения обязательств, заявляются истцами как дополнительные к основному требованию, а некоторые способы обеспечения рассмотрены судом округа по единичным делам.

      Однако анализ кассационных жалоб по делам исследуемой категории показывает, что суды нижестоящих инстанций судебного округа верно оценивают правовые отношения, складывающиеся между участниками гражданского оборота, а сложившаяся практика – в основном единообразна и соответствует правовой позиции ВАС РФ. Вместе с тем анализ судебных дел, рассмотренных арбитражными судами Дальневосточного округа, позволил выявить некоторые проблемы правоприменения, подходы к разрешению которых изложены в настоящем обобщении.

      Так, понятие неустойки раскрыто в статье 330 ГК РФ. Неустойкой признается установленная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения им обязательства. Неустойка может быть установлена как в твердой денежной сумме, так и в процентом отношении к сумме долга или к иной, определенной сторонами базовой величине. Однако следует отметить, что при рассмотрении спора арбитражный суд в соответствии со статьей 333 ГК РФ вправе уменьшить размер взыскиваемой неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Вместе с тем неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 ГК РФ только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика исключительно при рассмотрении дела в суде первой инстанции. При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства (Постановление Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81).

      1.1. Условие договора о размере и порядке исчисления неустойки не подлежит расширительному толкованию, независимо от того, как сторонами обязательства поименована неустойка — штраф или пени.

      Арбитражный суд рассмотрел требование о взыскании задолженности по государственному контракту на выполнение отдельных видов и комплексов работ и неустойки за каждый день просрочки исполнения обязательств.

      Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что по смыслу пункта статьи 329 ГК РФ пеня является разновидностью неустойки, носит длящийся характер и представляет собой определенную денежную сумму, которую должник обязан уплатить кредитору за каждый день (или иной период) просрочки и по общему правилу определяется в процентном соотношении к сумме просроченного платежа. При этом, исходя из буквального толкования условий договора на выполнение отдельных видов и комплексов работ путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом, суды обеих инстанций пришли к выводу о том, что расчет пени следует производить за каждый день просрочки исполнения заказчиком обязательства по оплате выполненных работ.

      В кассационной жалобе заказчик приводил доводы о том, что в силу статей 330, 431 ГК РФ и пункта 9.3 договора на выполнение отдельных видов и комплексов работ взыскание пени за каждый день просрочки не предусмотрено, в связи с чем размер неустойки является фиксированным и не зависит от периода просрочки исполнения обязательства.

      Суд округа признал данные аргументы состоятельными. Изменяя судебные акты и уменьшая подлежащий взысканию размер неустойки суд кассационной инстанции указал, что ссылаясь на нормы, касающиеся дефиниции неустойки, арбитражные суды не учли условий государственного контракта, на основании которых начислена пеня. Стороны контракта согласовали, что за нарушение заказчиком сроков оплаты работ в рамках исполнения государственного контракта подрядчик вправе потребовать оплаты пени в размере 0,1 % от стоимости предъявленных к оплате работ, в связи с чем исходя из буквального толкования условий договора по правилам статьи 431 ГК РФ суд кассационной инстанции признал обоснованным требование истца о взыскании неустойки из расчета 0,1% от просроченной суммы оплаты. При этом было учтено, что стороны в договоре не установили начисление неустойки за каждый день просрочки исполнения обязательства.

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 13.02.2013 по делу №А04-5872/2012 Арбитражного суда Амурской области).

      Отказывая в передаче данного дела в Президиум ВАС РФ (определение от 08.04.2013 №ВАС-3882/2013), коллегия судей Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, указала на то, что для определения размера неустойки принимается во внимание достижение или не достижение сторонами соглашения о начислении установленной суммы за каждый день просрочки обязательства, а не наименование неустойки — штраф или пени.

      1.2. Отсутствие в договоре соглашения об обязательстве, за неисполнение или ненадлежащее исполнение которого может быть взыскан штраф, является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

      Между Управлением (генподрядчик) и Обществом (субподрядчик) заключен договор, по условиям которого субподрядчик обязался выполнить работы по реконструкции автомобильной дороги. Стоимость работ и сроки их выполнения установлены в условиях договора.

      Кроме того, в договоре предусмотрена обязанность Общества представлять Управлению исполнительную документацию о выполненных работах как на бумажных, так и на электронных носителях.

      За ненадлежащее ведение или непредставление исполнительной документации стороны договора предусмотрели ответственность – штраф в размере 10 000 рублей за каждый факт нарушения.

      Поскольку работы, предусмотренные договором, Управление не оплатило, Общество обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании задолженности за выполненные работы по устройству слоя основания дороги из щебеночной смеси.

      В свою очередь, Управление предъявило встречное исковое заявление о взыскании денежных средств, израсходованных на устранение недостатков и дефектов, выявленных при приемке работ заказчиком, неустойки и штрафа за непредставление еженедельных отчетов.

      Судом первой инстанции первоначальный иск удовлетворен в полном объеме, по встречному иску с Общества взысканы расходы на устранение недостатков работ, неустойка и штраф.

      Постановлением суда апелляционной инстанции указанное решение изменено, в удовлетворении требований о взыскании штрафа по встречному исковому заявлению отказано, в остальной части решение оставлено без изменения.

      Суд кассационной инстанции поддержал позицию суда апелляционной инстанции, которая исходила из следующего.

      В условиях договора стороны согласовали, что Общество обязано еженедельно каждую пятницу до 14-00 часов по местному времени представлять Управлению подробный отчет о ремонтируемом объекте.

      Кроме этого, в договоре стороны предусмотрели обязанность Общества передавать Управлению исполнительную документацию о выполненных работах, за ненадлежащее предоставление которой в договоре предусмотрен штраф.

      Вместе с тем при рассмотрении спора судом апелляционной инстанции по материалам дела установлено, что перечень исполнительной документации согласован сторонами в приложении к договору. При этом еженедельный отчет, поименованный в условиях договора, не указан в перечне согласованной исполнительной документации, за ненадлежащее исполнение или непредставление которой может быть взыскан штраф.

      Исходя из буквального толкования условий договора, отсутствия письменного соглашения об обязательстве (ненадлежащем его исполнении) в условиях договора, предусмотренного статьей 331 ГК РФ, правовые основания для начисления и взыскания штрафа у суда первой инстанции отсутствовали.

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 18.02.2014 по делу №А16-640/2013 Арбитражного суда Еврейской автономной области).

      1.3 Возможность снижения неустойки, в том числе, когда обязательство должника не носит денежный характер, по правилам статьи 333 ГК РФ ниже однократной учетной ставки Банка России возможно на основании соответствующего заявления ответчика лишь в экстраординарных случаях, при которых имеет место полная компенсация убытков кредитора. При этом должник должен доказать, что возможные убытки кредитора ниже размера начисленной неустойки, а кредитор вправе представлять доказательства, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

      Арбитражный суд рассмотрел требование о взыскании неустойки за просрочку исполнения обязательства по поставке пассажирского судна в рамках государственного контракта.

      Судом первой инстанции исковые требования удовлетворены частично, размер неустойки, предъявленный к взысканию, снижен на основании статьи 333 ГК РФ.

      Постановлением суда апелляционной инстанции решение оставлено без изменения.

      Арбитражные суды исходили из разъяснений пункта 2 Постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», предусматривающего возможность снижения неустойки ниже однократной учетной ставки Банка России в экстраординарных случаях, при которых имеет место полная компенсация убытков кредитора.

      Суд кассационной инстанции, соглашаясь с позицией судов первой и апелляционной инстанций, в постановлении указал на необходимость доказывания должником факта о возможных убытках кредитора ниже размера начисленной неустойки, признав данное требование общеобязательным во всех случаях для применения статьи 333 ГК РФ и независящим от того, носит обязательство должника денежный либо натуральный характер. В свою очередь, кредитор для опровержения заявления ответчика о снижении неустойки вправе представить доводы, подтверждающие ее соразмерность последствиям нарушения обязательства.

      Поскольку ответчик исполнил обязательства по доказыванию факта полной компенсации возможных убытков и допустимости снижения неустойки (надлежащими доказательствами подтвержден факт того, что действительная стоимость предоставленного истцу судна в значительной степени превышает стоимость аналогичного имущества на рынке), а истец напротив не обосновал, какие последствия для него имела просрочка кредитора и адекватны ли они при сравнимых обстоятельствах требуемого размера ответственности, не опроверг утверждения поставщика о том, что экономическая ценность судна в полной мере окупает возможные потери кредитора, то суд кассационной инстанции пришел к выводу о правомерности снижения судами первой и апелляционной инстанции неустойки ниже однократной учетной ставки Банка России.

      (Дело № А51-30391/2012 Арбитражного суда Приморского края; аналогичная ситуация содержится в постановлении Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 10.09.2013 по делу № А51-30390/2012 Арбитражного суда Приморского края).

      К способам обеспечения исполнения обязательства, в том числе, относят и негативные последствия неисполнения денежного обязательства (статья 395 ГК РФ). Объясняется это тем, что несвоевременное исполнение денежного обязательства рассматривается как неправомерное пользование чужими денежными средствами (с получением от этого выгоды), что влечет обязанность выплатить проценты на сумму указанных денежных средств. При рассмотрении данных споров при наличии заявления ответчика для применения статьи 333 ГК РФ, в том числе ниже уровня однократной учетной ставки рефинансирования Банка России, действующей на день предъявления иска, учитываются доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. При этом такое снижение допустимо только в экстраординарных случаях. Такой подход содержит постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.01.2011 №11680/10, согласно которому однократная учетная ставка Банка России по существу представляет собой наименьший размер платы за пользование денежными средствами в российской экономике, что является общеизвестным фактом. Поэтому уменьшение неустойки ниже ставки рефинансирования возможно только в чрезвычайный ситуациях, а по общему правилу не должно допускаться, поскольку такой размер неустойки не может являться явно несоразмерным последствиям просрочки уплаты денежных средств.

      (Аналогичные выводы содержатся в постановлениях Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 12.02.2014 по делу №А51-8212/2013, от 18.02.2014 по делу №А51-8213/2013 Арбитражного суда Приморского края, по которым постановлениями суда округа оставлены без изменения судебные акты суда апелляционной инстанции, изменившего решения суда первой инстанции по данным делам, посчитав при этом необоснованным применение судом первой инстанции норм статьи 333 ГК РФ при применении истцом наименьшего размера платы за пользование чужими денежными средствами исходя из ставки рефинансирования Банка России 8,25%).

      1.4 При отсутствии оснований для привлечения должника к ответственности за нарушение обязательства суд отказывает в иске о взыскании неустойки на основании статьи 401 ГК РФ.

      Основания ответственности закреплены в статье 401 ГК РФ. По общему правилу лицо, не исполнившее обязательство или исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности). При этом лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

      Между администрацией (заказчик) и закрытым акционерным обществом (застройщик) заключен муниципальный контракт на приобретение жилых помещений в муниципальную собственность на условиях участия в долевом строительстве малоэтажных жилых домов на территории городского округа. Срок передачи застройщиком объекта долевого строительства заказчику согласно муниципальному контракту: в течение 5 рабочих дней после получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию». Срок ввода в эксплуатацию – не позднее 30.06.2012.

      30.04.2012 между заказчиком и застройщиком заключено дополнительное соглашение к муниципальному контракту, в котором срок ввода объекта в эксплуатацию продлен до 30.08.2012.

      Разрешение на ввод объекта в эксплуатацию представлено в Администрацию 11.02.2013.

      Полагая, что принятые на себя обязательства по передаче заказчику объекта долевого строительства ответчиком не исполнены в установленный срок, истец обратился в арбитражный суд с требованием о взыскании с ответчика пени на основании предусмотренной в муниципальном контракте ответственности в размере 23 417 333 рублей.

      Рассматривая настоящий спор, суд первой инстанции установил факт нарушения срока передачи объекта долевого строительства заказчику (истцу) ответчиком, в связи с чем применил к последнему ответственность за нарушение срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства, предусмотренную муниципальным контрактом. При этом суд не усмотрел оснований для применения статьи 333 ГК РФ.

      Проверив законность решения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции пришел к противоположным выводам.

      Повторно рассматривая настоящий спор, судом апелляционной инстанции установлена вина заказчика в нарушении подрядчиком срока ввода объекта в эксплуатацию, поскольку единственной причиной нарушения срока явилось предоставление истцом не согласованного в установленном порядке проекта подключения к тепловым сетям, что потребовало в дальнейшем его корректировки и получения новых условий подключения.

      С учетом установленного суд апелляционной инстанции, отказывая в удовлетворении иска, исходил из того, что готовность объекта к эксплуатации зависит от технических условий по его подключению, а переданные Администрацией технические условия не соответствовали фактическим нагрузкам тепловой системы, не были согласованы с ресурсоснабжающей организацией, требовали изменения имеющегося проекта подключений и, соответственно, изменения системы теплоснабжения строящихся домов, следовательно, обстоятельства спора свидетельствуют об отсутствии вины застройщика в просрочке исполнения обязательств и наличии оснований для освобождения от ответственности в силу статьи 401 ГК РФ.

      Рассматривая дело в кассационном порядке, суд округа поддержал вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии правовых оснований для возложения на Общество ответственности, поскольку технические условия переданы заказчиком при наличии пороков, вина застройщика в нарушении срока исполнения обязательств по вводу объекта в эксплуатацию отсутствует.

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 25.02.2014 по делу №А51-9527/2013 Арбитражного суда Приморского края).

      Залог часто называется наиболее надежным способом обеспечения обязательств. Значение залога как способа обеспечения исполнения гражданско-правовых обязанностей заключается в том, что кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) приобретает право в случае неисполнения должником обязательства, обеспеченного залогом, получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом (пункт 1 статья 334 ГК РФ).

      2.1. Если сторонами не достигнуто соглашение хотя бы по одному из существенных условий договора о залоге, то суд признает такой договор о залоге незаключенным.

      Арбитражный суд рассмотрел требование общества о признании договора об ипотеке (залоге недвижимого имущества) незаключенным и признании недействительной записи в ЕГРП.

      Суды первой и апелляционной инстанций указанные требования признали обоснованными. Удовлетворяя иск, суды руководствовались следующим.

      Статьей 432 ГК РФ предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

      Согласно пункту 1 статьи 339 ГК РФ в договоре о залоге должны быть указаны предмет залога и его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом. В нем должно также содержаться указание на то, у какой из сторон находится заложенное имущество.

      В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона об ипотеке в договоре об ипотеке должны быть указаны предмет ипотеки, его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого ипотекой. Обязательство, обеспечиваемое ипотекой, должно быть названо в договоре об ипотеке с указанием его суммы, основания возникновения и срока исполнения. В тех случаях, когда это обязательство основано на каком-либо договоре, должны быть указаны стороны этого договора, дата и место его заключения. Если сумма обеспечиваемого ипотекой обязательства подлежит определению в будущем, в договоре об ипотеке должны быть указаны порядок и другие необходимые условия ее определения. Если обеспечиваемое ипотекой обязательство подлежит исполнению по частям, в договоре об ипотеке должны быть указаны сроки (периодичность) соответствующих платежей и их размеры либо условия, позволяющие определить эти размеры ( пункты 4 , 5 ).

      Вместе с тем ответчик сослался на согласование сторонами в договоре ипотеки всех существенных условий, в том числе об объеме обеспечиваемых обязательств в договоре субподряда.

      Проведя по правилам статьи 431 ГК РФ анализ буквального значения условий договора об ипотеке и договора субподряда, суды обеих инстанций пришли к выводу, что в договоре об ипотеке не содержится условий об объеме обеспечиваемых ипотекой соответствующих обязательств.

      При этом судами указывалось, что отсылка в договоре об ипотеке к условиям договора субподряда не может свидетельствовать о согласовании сторонами названных условий, поскольку залогодателем по договору об ипотеке является лицо, не являющееся должником по договору субподряда.

      При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции поддержал выводы судов о признании договора об ипотеке (залоге недвижимого имущества) незаключенным и как следствие — признание записи о государственной регистрации его в ЕГРП недействительной правомерными.

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 20.09.2012 №А73-14754/2011 Арбитражного суда Хабаровского края, извлечение.)

      2.2. При отсутствии соответствующего соглашения между залогодателем и залогодержателем, установление начальной продажной цены заложенного имущества входит в предмет рассмотрения судом дела об обращении взыскания на заложенное имущество. При этом, если начальная продажная цена заложенного имущества на публичных торгах определяется на основании отчета оценщика, она устанавливается равной 80% от рыночной стоимости такого имущества, указанной в отчете оценщика.

      Коммерческий банк обратился в арбитражный суд с иском к обществу об обращении в судебном порядке взыскания на заложенные права требования по договору участия в долевом строительстве двух трехкомнатных квартир и определении порядка продажи заложенного имущества путем открытых торгов с начальной продажной ценой, определенной в договорах залога, на основании отчета об определении рыночной стоимости объектов недвижимости в размере 4 010 000 рублей и 3 910 000 рублей, соответственно.

      Судом первой инстанции заявленные банком требования удовлетворены в полном объеме, при этом начальная продажная цена объектов определена в заявленном истцом размере.

      Постановлением суда апелляционной инстанции решение изменено в части начальной продажной цены заложенного имущества, цена судом установлена исходя из 80% рыночной стоимости, определенной в отчетах оценщика, составив 1 508 800 рублей и 1 428 800 рублей, соответственно.

      При принятии постановления апелляционный суд исходил из того, что если при рассмотрении указанных споров по инициативе любой из заинтересованных сторон будут представлены доказательства, свидетельствующие о том, что рыночная стоимость имущества, являющегося предметом залога, существенно отличается от его оценки, произведенной сторонами в договоре о залоге, арбитражный суд может предложить лицам, участвующим в деле, принять согласованное решение или определить начальную продажную цену такого имущества в соответствии с представленными доказательствами независимо от его оценки сторонами в договоре о залоге.

      При этом согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6 Информационного письма от 15.01.1998 № 26 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о залоге», следует, что при наличии спора между залогодателем и залогодержателем начальная продажная цена заложенного имущества устанавливается судом исходя из рыночной цены этого имущества.

      Если начальная продажная цена заложенного имущества определяется на основании отчета оценщика, она устанавливается равной 80% рыночной стоимости такого имущества, определенной в отчете оценщика ( подпункт 4 пункта 2 статьи 54 Закона об ипотеке).

      При изложенных обстоятельствах суд кассационной инстанции поддержал вывод суда апелляционной инстанции, изменившей решение суда первой инстанции относительно определения размера начальной продажной цены заложенного имущества. Кроме того, кассационная инстанция с учетом части 2 статьи 9 АПК РФ указала на то, истец не заявлял ходатайство о назначении судебной экспертизы.

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 09.09.2013 по делу №А73-10245/2012 Арбитражного суда Хабаровского края).

      Аналогичный правовой поход изложен в постановлении Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 02.12.2013 по делу №А73-170/2013 Арбитражного суда Хабаровского края, согласно которому судебные акты нижестоящих инстанций отменены с направление дела на новое рассмотрение в связи с тем, что суды в мотивировочной части судебных актов привели норму З акона об ипотеке ( подпункт 4 пункта 2 статьи 54), однако не применили ее к рассматриваемому делу.

      2.3. Сделка залогодателя по распоряжению предметом залога, совершенная без согласия залогодержателя после заключения договора о залоге, не является основанием для признания последней недействительной, поскольку законом (подпункт 3 пункт 2 статьи 351 ГК РФ) предусмотрены иные последствия нарушения положений закона о распоряжении залогодателем предметом залога, а именно – предъявление требования о досрочном исполнении обязательства, обеспеченного залогом, и об обращении взыскания на предмет залога.

      Коммерческий банк обратился в арбитражный суд о признании недействительным договора бербоут-чартера морского судна, заключенного между ответчиками – производственной компанией (судовладелец) и коммерческой фирмой (фрахтователь), и применении последствий недействительности сделки.

      Иск обоснован тем, что договор бербоут-чартера морского судна не соответствует пункту 2 статьи 346 ГК РФ, пункту 1 статьи 40 Закона об ипотеке (заключение договора без согласия банка – залогодержателя), заключен с нарушением статьи 10 ГК РФ, а также статьи 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»; в нарушение статьи 213 КТМ РФ в оспариваемом договоре отсутствует большая часть существенных условий (класс судна, флаг, грузоподъемность, скорость, количество расходуемого топлива, район плавания, место передачи и возврата судна), ввиду чего сделка является недействительной на основании статьи 168 ГК РФ.

      Суд первой инстанции отказал банку в удовлетворении исковых требований. Данный вывод поддержан судом апелляционной инстанции.

      При этом суды обеих инстанций исходили из пункта 1 статьи 334 ГК РФ, а также из того, что в случаях и в порядке, которые установлены законами, удовлетворение требования кредитора по обеспеченному залогом обязательству (залогодержателя) может осуществляться путем передачи предмета залога в собственность залогодержателя.

      Ссылаясь на пункт 3 статьи 40 Закона об ипотеке, суды указали на то, что заложенное имущество может быть предоставлено залогодателем в пользование третьим лицам на срок, превышающий срок обеспеченного ипотекой обязательства, либо для целей, не соответствующих назначению имущества, лишь с согласия залогодержателя.

      В пункте 23 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о залоге» разъяснено, что из положений пункта 2 статьи 40 Закона об ипотеке следует, что действия по распоряжению заложенным недвижимым имуществом, совершенные без согласия залогодержателя после заключения договора ипотеки (за исключением сделок по отчуждению заложенного имущества, а также последующих договоров об ипотеке, заключенных несмотря на запрещение, установленное предшествующим договором об ипотеке), не могут быть оспорены последним.

      Руководствуясь вышеназванными нормами права, арбитражные суды сделали вывод, что отсутствие согласия банка как залогодержателя на заключение спорной сделки не является основанием для признания последней недействительной.

      Также суды не нашли основания для удовлетворения иска в части оспаривания сделки по мотиву несоответствия ее статье 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», в связи с непредставлением банком доказательств того, что он является заинтересованным лицом, имеющим права на основании положений указанного закона (пункт 6 статьи 79) оспаривать крупную сделку в судебном порядке, а также, руководствуясь статьей 213 КТМ и статьей 168 ГК РФ сослались на отсутствие правовых оснований для признания договора бербоут-чартера ничтожной сделкой, поскольку отсутствие в договоре согласования сторонами его существенных условий не влечет недействительность сделки, а свидетельствует о его незаключенности. Кроме того, установив отсутствие доказательств злоупотребления сторонами правом при заключении спорного договора с целью причинения вреда должнику или иным лицам, суды обеих инстанций не нашли оснований для признания оспариваемой сделки недействительной в соответствии со статьей 10 ГК РФ.

      При изложенных обстоятельствах суд кассационной инстанции судебные акты судов первой и апелляционной инстанций оставил без изменения.

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 02.07.2013 по делу №А59-2778/2012 Арбитражного суда Сахалинской области).

      Примечание: Федеральным законом от 21.12.2013 №367-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» предусматриваются изменения в статью 346 ГК РФ, которые устанавливают последствия отчуждения залогодателем заложенного имущества без согласия залогодержателя. Данный закон вступает в силу 01.07.2014.

      Удержание – весьма доступный юридический инструмент защиты прав. Существо указанного способа обеспечения исполнения обязательств состоит в том, что кредитору, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено (пункт 1 статьи 359 ГК РФ).

      3.1. Право кредитора на удержание принадлежащего должнику имущества может быть реализовано лишь в случае, когда удержание касается вещи, правомерно поступившей во владение кредитора.

      Акционерное общество обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением об обращении взыскания на удерживаемое имущество – автомобильный транспорт.

      Иск обосновывался тем, что в связи с наличием долга у ответчика перед истцом по договору перевода долга, взысканного по решению суда в рамках другого арбитражного дела, истец произвел удержание принадлежащего этому ответчику имущества на основании статьи 359 ГК РФ. Данное имущество находится у истца на законном основании, поэтому на него может быть обращено взыскание по долгам ответчика.

      Дав оценку доказательствам по делу по правилам статьи 71 АПК РФ, суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении исковых требований.

      Судами при рассмотрении спора установлено, что истец не подтвердил правомерность действий по удержанию имущества, поскольку спорное имущество никогда не поступало во владение истца, а находилось на его территории по причине выполнения ответчиком работ по договору с иным лицом.

      Учитывая совокупность приведенных обстоятельств, отсутствие доказательств возникновения и сохранения за истцом права на удержание спорного имущества, и, как следствие, на удовлетворение исковых требований по правилам статей 359, 360 ГК РФ, суд кассационной инстанции оставил без изменения судебные акты судов первой и апелляционной инстанций.

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 04.02.2014 по делу №А73-3176/2013 Арбитражного суда Хабаровского края).

      Кроме того, следует также обратить внимание на правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума ВАС РФ от 10.10.2006 №7226/06, согласно которой по смыслу статьи 359 ГК РФ предметом удержания может быть только вещь, принадлежащая на каком-либо праве должнику, то есть чужая для кредитора вещь.

      3.2. Арендодатель вправе удерживать принадлежащее арендатору оборудование, оставшееся в помещении, после прекращения договора аренды в обеспечение обязательства арендатора по внесению арендной платы за данное помещение.

      Арбитражным судом рассмотрено требование индивидуального предпринимателя (арендатора) об истребовании имущества из чужого незаконного владения, в связи с расторжением в одностороннем порядке договора аренды, заключенного между сторонами.

      Кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено. Удержанием вещи могут обеспечиваться также требования хотя и не связанные с оплатой вещи или возмещением издержек на нее и других убытков, но возникшие из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели ( п. 1 ст. 359 ГК РФ).

      Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» арендодатель вправе удерживать принадлежащее арендатору оборудование, оставшееся в арендовавшемся помещении после прекращения договора аренды, в обеспечение обязательства арендатора по внесению арендной платы за данное помещение.

      Приняв во внимание условие договора аренды, из которого следовало, что арендодатель имеет право в счет задолженности по договору удерживать имущество до момента окончательного расчета, а также отсутствие доказательств исполнения обязательств по оплате задолженности по договору аренды, руководствуясь вышеназванными нормами права и разъяснениями Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, суды пришли к выводу о нахождении имущества у арендодателя на законных основаниях.

      При рассмотрении спора в кассационном порядке, суд округа поддержал данные выводы (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 25.06.2013 по делу №А04-5921/2012 Арбитражного суда Амурской области).

      Отказывая в передаче данного дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (определение от 24.10.2013 №ВАС-15241/13, коллегия судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указала на отсутствие правовых оснований для удовлетворения виндикационного требования, поскольку истец не доказал своих прав на истребуемое имущество. Кроме того, спорное имущество удерживается арендодателем в целях обеспечения исполнения обязательств по уплате арендной платы.

      В соответствии со статьей 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен также для обеспечения обязательства, которое возникнет в будущем.

      Вопросы, возникающие в судебной практике арбитражных судов, в основном связаны с объемом и характером ответственности поручителя, которые зависят от содержания договора поручительства, поэтому в таком договоре должны содержаться конкретное указание на обязательство, за исполнение которого должником поручитель ручается, и сумма, в пределах которой осуществляется поручительство. Судебная практика признает не имеющими юридической силы договоры, по котором поручитель поручается за выполнение должником любых принимаемых им на себя обязательств.

      4.1. Изменение кредитного соглашения, касающиеся порядка погашения кредита и уплаты процентов, без согласия поручителя, не влечет прекращения договора поручительства, если такой договор подписан с особыми условиями.

      Общество обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к банку о признании договора поручительства прекратившим свое действие.

      Иск обосновывался заключением дополнительного соглашения к кредитному соглашению, увеличивающего ответственность заемщика и поручителя, на что поручитель согласия не давал, о принятии дополнительного соглашения уведомлен не был.

      В соответствии с пунктом 1 статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается с прекращением обеспеченного им обязательства, а также в случае изменения этого обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без согласия последнего.

      При рассмотрении спора судами установлено, что к кредитному соглашению, заключенному между банком и заемщиком, подписано дополнительное соглашение, согласно которому общая сумма платежа по кредиту увеличилась из-за внесения изменений в график погашения заемщиком кредита и уплаты процентов в связи с уменьшением и перераспределением сумм аннуитетного платежа в пределах срока кредитного договора. При этом срок уплаты кредита, сумма кредита, периоды оплаты кредита остались в неизменном виде, а процентная ставка по кредиту уменьшилась.

      Вместе с тем арбитражными судами с учетом толкования условий договора поручительства установлено, что поручитель, заключая договор поручительства, согласился на принятие любых изменений кредитного соглашения без внесения изменений в договор поручительства, в том числе связанных с увеличением ответственности поручителя, без его предварительного уведомления, либо дополнительного согласия.

      Рассматривая данный спор в кассационном порядке, суд округа поддержал судебные акты первой и апелляционной инстанций, которыми было отказано истцу в удовлетворении иска с указанием на то, что изменение кредитного соглашения не влечет за собой прекращения договора поручительства и всех обязательств поручителя в связи с подписанием такого договора с особыми условиями.

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 29.11.2011 по делу №А73-2359/2011 Арбитражного суда Хабаровского края).

      4.2. Условие договора о действии поручительства до фактического исполнения обеспечиваемого обязательства не может рассматриваться как устанавливающее срок действия поручительства, поскольку не соответствует требованиям статьи 190 ГК РФ.

      Коммерческий банк обратился в арбитражный суд к обществу с заявлением о признании обоснованными требований в размере 101 435 529 руб. 26 коп. и их удовлетворении за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов. Заявление обосновано тем, что между банком и обществом заключен договор поручительства от 27.02.2010, по которому должник обязался отвечать перед кредитором за ненадлежащее исполнение обязательств по кредитному договору от 09.06.2008 со стороны заемщика – акционерного общества.

      Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, заявление банка удовлетворено.

      Кредитор общества оспорил законность состоявшихся судебных актов в кассационном порядке, указав, что в связи с досрочным предъявлением требований к основному должнику по обязательствам, вытекающим из кредитного договора от 09.06.2008, и отсутствием в договоре от 27.02.2010 указания на срок, на который дано поручительство , оно прекратилось к моменту обращения банка с рассматриваемым заявлением.

      Суд округа отменил определение и постановление апелляционного суда и отказал в удовлетворении требований банка по следующим основаниям.

      В соответствии с пунктом 4 статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иска к поручителю .

      Согласно разъяснениям, данным в пункте 34 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», в случае если у кредитора, требования которого обеспечены поручительством , не содержащим условие о сроке его действия, возникло право потребовать досрочного исполнения обязательства (например, в соответствии с пунктом 2 статьи 811 ГК РФ), годичный срок для предъявления требования к поручителю исчисляется со дня, когда кредитор предъявил к должнику требование о досрочном исполнении обязательства, если только иной срок или порядок его определения не установлен договором поручительства . Условие договора о действии поручительства до фактического исполнения обеспечиваемого обязательства не может рассматриваться как устанавливающее срок действия поручительства , поскольку не соответствует требованиям статьи 190 ГК РФ. В данном случае подлежит применению предложение второе пункта 4 статьи 367 ГК РФ.

      Условия пункта 7.1 кредитного договора от 09.06.2008 предусматривали право банка требовать досрочного возврата выданного кредита вместе с причитающимися процентами, которое реализовано им при подаче иска по делу № А73-5497/2011. При этом данный иск предъявлен в суд 19.05.2011, что подтверждается общедоступными сведениями с сайта арбитражного суда в сети Интернет.

      В то же время, суды не учли, что в договоре от 27.02.2010 отсутствуют условия о сроке, на который дано поручительство .

      В пункте 6.1 названного договора стороны указали на срок действия самой сделки поручительства — до фактического исполнения обеспечиваемого обязательства. Однако применительно к этому факту кассационный суд принимает во внимание, что понятие срока действия самого договора не тождественно понятию срока действия поручительства , которые по смыслу норм параграфа 5 главы 23 ГК РФ могут не совпадать. Более того, как указано в вышеупомянутых разъяснениях, такое условие в любом случае не может рассматриваться как условие об установленном сроке с позиций статьи 190 ГК РФ.

      Таким образом, в свете приведенных выше разъяснений Постановления Пленума ВАС РФ № 42, учитывая отсутствие в договоре от 27.02.2010 указания на срок действия поручительства , требование к должнику как к поручителю могло быть предъявлено банком в течение года со дня предъявления требования о досрочном исполнении обязательства к основному должнику, то есть не позднее 19.05.2012. Условий, позволяющих по-иному исчислить данный срок, договор поручительства не содержит.

      Однако настоящее заявление подано в арбитражный суд 23.05.2012, то есть за пределами указанного срока. Доказательства более раннего предъявления такого требования к должнику банк не представил.

      Исходя из этого, суд кассационной инстанции признал обоснованной позицию кассатора о прекращении договора поручительства на дату обращения банка с рассматриваемыми требованиями, указав при этом на ошибочность выводов нижестоящих судов об исчислении срока действия поручительства с установленной в договоре даты возврата кредита, поскольку, таким образом, не учитывается факт наступления срока исполнения обеспечиваемого обязательства с момента предъявления кредитором требования о его досрочном исполнении (пункт 4 статьи 367 ГК РФ).

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 25.04.2013 по делу №А59-2781/2011 Арбитражного суда Сахалинской области).

      4.3. Действия сторон по заключению соглашения о расторжении договора поручительства, направленные, по существу, на утрату кредитором возможности предъявить требования о возврате кредита к поручителю , суды квалифицировали как злоупотребление правом, а соответствующее соглашение – как недействительную сделку.

      Арбитражный суд рассмотрел заявление конкурсного управляющего банка о признании недействительным дополнительного соглашения к договору поручительства и применении последствий недействительности сделки путем восстановления ответчика в качестве поручителя по кредитному договору.

      Заявление обосновано отсутствием предусмотренных законом и договором оснований для прекращения поручительства, а также злоупотреблением правом со стороны поручителя, который, являясь одновременно поручителем по кредитному договору и председателем Совета директоров банка, совершил действия, повлекшие для банка неблагоприятные последствия в виде утраты возможности применения к поручителю солидарной ответственности по кредитным обязательствам заемщика.

      Судом первой инстанции заявление удовлетворено в полном объеме; судом апелляционной инстанции судебный акт первой инстанции оставлен без изменения.

      При рассмотрении спора арбитражными судами установлено, что поручитель по кредитному договору, являясь одновременно и председателем Совета директоров банка, участвовал в принятии решения об изменении условий кредитного договора, а впоследствии совершил действия по прекращению договора поручительства с связи с внесением в кредитный договор таких изменений. Данные факты привели к невозможности банка предъявить требования о возврате кредита к поручителю. При этом суды, ссылаясь на статьи 153, 367 ГК РФ, квалифицировали данную сделку как направленную на прекращение гражданских прав и обязанностей поручителя, указав, что внесенный в кредитный договор изменения не увеличивают ответственность поручителя и не влекут для него неблагоприятные последствия.

      При рассмотрении дела в суде кассационной инстанции, поддерживая выводы арбитражных судов, суд округа также указал на то, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 13.06.2012 по делу №А04-5707/2010 Арбитражного суда Амурской области).

      5. Банковская гарантия

      Из определения банковской гарантии, содержащегося в статье 368 ГК РФ, следует, что гарантия является односторонним обязательством гаранта. Но для ее применения на практике нередко заключаются договоры о банковской гарантии, которые не названы в законодательстве, но благодаря принципу свободы договора существуют на практике. При этом отсутствие письменного соглашения между принципалом и гарантом, естественно, не влечет недействительности гарантийного обязательства гаранта перед бенефициаром. Особенности банковской гарантии, обуславливающие ее отличия от поручительства, заключаются в том, что: гарантию выдает специальный субъект (банк, кредитное учреждение или страховая организация); требование бенефициара должно быть представлено гаранту до окончания определенного в гарантии срока, на который она выдана; гарантия обязательно оплачивается принципалом и имеет исключительно денежную форму исполнения. Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации даны разъяснения в Пленуме от 23.03.2012 №14 «Об отдельных вопросах практики разрешения споров, связанных с оспариванием банковской гарантии».

      Обязательным приложением к банковской гарантии является заверенная копия лицензии банка или иного кредитного учреждения на право заниматься данным видом деятельности.

      Арбитражный суд рассмотрел заявление общества о признании незаконными действий администрации, выразившиеся в отказе заключить муниципальный контракт на строительство объекта и обязании заключить данный муниципальный контракт на условиях, определенных в аукционной документации, с победителем аукциона.

      При рассмотрении спора арбитражными судами установлено, что в обеспечение исполнения обязательств в аукционной документации указано на предоставление банковской гарантии, в том числе копии лицензии на осуществление страховой деятельности учреждения, выдавшего банковскую гарантию.

      Победитель аукциона предоставил организатору торгов оригинал договора банковской гарантии, выданной страховой компанией. Заверенная копия лицензии к нему не прилагалась.

      Согласно статьи 368 ГК РФ в силу банковской гарантии банк, иное кредитное учреждение или страховая организация (гарант) дают по просьбе другого лица (принципала) письменное обязательство уплатить кредитору принципала (бенефициару) в соответствии с условиями даваемого гарантом обязательства денежную сумму по представлении бенефициаром письменного требования о ее уплате.

      В то же время статьей 5 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (Закон о банках) выдача банковских гарантий является банковской операцией.

      Согласно статье 13 Закона о банках осуществление банковских операций производится только на основании лицензии, выдаваемой Банком России в порядке, установленном настоящим Федеральным законом .

      Судами трех инстанций в удовлетворении заявления отказано в полном объеме с указанием на неисполнение специального требования о предоставлении лицензии на право выдачи банковской гарантии, установленной в аукционной документации.

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 11.04.2011 по делу №А73-8603/2010 Арбитражного суда Хабаровского края).

      Согласно пункту 1 статьи 380 ГК РФ задатком признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения. Задаток обладает основными признаками, во-первых, предметом задатка могут быть только денежные средства (наличные или безналичные), которые должник (покупатель, заказчик и т.д.) передает кредитору в счет оплаты товара, работы, услуги. Ценные бумаги, иные вещи, а также имущественные права в качестве предмета задатка выступать не могут. Во-вторых, при определенных обстоятельствах соглашение о задатке может быть принято во внимание как доказательство заключения договора. В-третьих, соглашение о задатке должно быть совершено в письменной форме, если в результате нечеткого изложения условий этого соглашения возникнут сомнения относительно того, является ли переданная сумма задатком, заинтересованной стороне придется это доказывать, в противном случае указанная денежная сумма будет рассматриваться как аванс (предоплата). При этом нормативные правила о задатке и о последствиях неисполнения обязательства, обеспеченного задатком, в такой ситуации действовать не будут (пункт 3с статьи 380 ГК РФ).

      Вместе с тем следует отметить, что функциональное назначение задатка, вносимого участниками торгов (пункт 4 статьи 448 ГК РФ), несколько иное, нежели у задатка как способа обеспечения исполнения обязательств. Назначение такого задатка состоит в том, чтобы подтвердить серьезность намерений участников торгов и определенным образом гарантировать их платежеспособность. Таким образом, традиционный задаток и задаток на торгах имеют различное функциональное назначение. Задаток на торгах (обеспечение заявки) обладает ярко выраженной спецификой и характеристиками, не совпадающими с общими «родовыми» признаками способов обеспечения исполнения обязательств, вследствие чего его нельзя причислять к способам обеспечения обязательства.

      6.1. В случае если обязательства сторон по договору купли-продажи прекращены до начала его исполнения по соглашению сторон, задаток должен быть возвращен по правилам пункта 1 статьи 381 ГК РФ.

      Конкурсный управляющий общества обратился в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами.

      Исковые требования обоснованы тем, что договор купли-продажи недвижимого имущества расторгнут по взаимному согласию сторон, однако уплаченный покупателем задаток не возвращен, в связи с чем на стороне последнего возникло неосновательное обогащение.

      При разрешении спора судами установлено, что между сторонами заключен договор купли-продажи недвижимого имущества. До заключения данного договора покупатель платежными поручениями перечислил продавцу денежные средства в счет задатка по спорному договору.

      Между сторонами заключено соглашение о расторжении договора купли-продажи недвижимого имущества, условиями которого предусмотрено согласие покупателя на то, что перечисленный им на расчетный счет продавца задаток остается в собственности продавца и возврату покупателю не подлежит.

      В рамках другого дела о банкротстве общества — покупателя данное соглашение признано недействительным в части согласия покупателя на оставление в собственности продавца задатка, перечисленного покупателем по расторгнутому договору, как несоответствующее положениям статей 380, 381 ГК РФ.

      В силу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются.

      Кроме того, при разрешении настоящего спора судами учтен факт того, что согласие должника в части оставления задатка на стороне продавца, признано недействительным вступившим в законную силу судебным актом по другому делу.

      С учетом исследованных по делу обстоятельств арбитражные суды определили объем обязательства, вытекающего из неосновательного обогащения, которое составляло суть иска, и обоснованно применили к возникшим отношениям положения статей 1102 и 1107 ГК РФ.

      Судом кассационной инстанции данные выводы судов первой и апелляционной инстанций поддержаны в полном объеме.

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 02.05.2012 по делу №А51-5195/2011 Арбитражного суда Приморского края).

      6.2. Требование об уплате задатка может быть применено только в случае, если нарушение договора приведет к его расторжению и прекращению обязательств.

      Арбитражным судом рассмотрено требование общества о взыскании задатка по договору купли-продажи объекта недвижимости (с условием о задатке) в двойном размер и неустойки в виде штрафа. Исковое требование обосновывалось неисполнением ответчиком условий договора купли-продажи в части передачи недвижимого имущества истцу и наличием оснований для применения к ответчику мер ответственности, предусмотренных договором, в соответствии со статьями 309, 310, 330, 381 ГК РФ.

      Ответчик обратился со встречным исковым заявлением о признании недействительным договора купли-продажи объекта недвижимости (с условием о задатке), а также соглашения о задатке, заключенных между сторонами на основании статьи 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с нарушением порядка заключения крупных сделок.

      Судом первой инстанции требования по первоначальному иску удовлетворены частично, взыскана перечисленная сумма задатка, во остальном в удовлетворении первоначального, а также встречного иска отказано. Принимая решение об удовлетворении первоначального иска в части взыскания с продавца в пользу покупателя перечисленного задатка, арбитражный суд исходил из неисполнения продавцом в установленный договором срок условия о передаче имущества в собственность покупателя и наличия предусмотренных договором купли-продажи и соглашением о задатке условий о возврате задатка в двойном размере в случае неисполнения договора по вине продавца, в том числе при наличии каких-либо запретительных мер, наложенных на имущество в соответствии с законодательством со стороны уполномоченных государственных органов и должностных лиц, наряду с неустойкой в виде штрафа.

      Судом апелляционной инстанции решение суда в части встречного иска оставлено без изменения со ссылкой на недоказанность истцом крупности заключенной между сторонами сделки.

      Рассматривая в кассационном порядке настоящее дело, суд округа отменил судебные акты в полном объеме с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, исходя из следующего.

      В материалы дела были представлены отчеты об оценке спорного имущества, которые содержат сведения о рыночной стоимости независимо от цели проведения оценки. В связи с этим с учетом наличия в деле доказательств различной оценки рыночной стоимости имущества суды вправе были с согласия участвующих в деле лиц назначить экспертизу для определения рыночной стоимости спорного имущества с целью выяснения имеющих существенное значение для дела обстоятельств, исходя из заявленных исковых требований, что не было сделано.

      При этом в отношении частичного удовлетворения первоначального искового требования суд кассационной инстанции указав на то, что арбитражные суды исходя из имеющихся в деле доказательств правомерно определили правовую природу денежных средств, перечисленных истцом во исполнение договора купли-продажи объекта недвижимости как задатка, между тем указал на то, что в силу своей правовой природы задаток является не только способом обеспечения исполнения договора, но и денежной суммой, выдаваемой одной из сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне.

      Исходя из смысла и содержания статьи 381 ГК РФ задаток подлежит возврату при прекращении обязательства по соглашению сторон либо вследствие невозможности исполнения (статья 416 ГК РФ) , но не в качестве санкции за ненадлежащее исполнение условий договора, лишающей продавца части цены имущества. При этом взыскание задатка или оставление его у себя лишает кредитора права требовать исполнения в натуре.

      Следовательно, требование об уплате задатка может быть применено только в случае, если нарушение договора приводит к его расторжению и прекращению обязательства.

      Однако, удовлетворяя требования покупателя о взыскании с продавца перечисленной суммы задатка, составляющих часть стоимости имущества по договору купли-продажи, арбитражный суд в нарушение требований статьи 381 ГК РФ не установил факт невозможности исполнения обязательства либо его прекращения по соглашению сторон и не исследовал условия договора на предмет их соответствия указанной норме права.

      (постановление Федерального арбитражного суда от 30.07.2012 по делу №А51-6417/2011 Арбитражного суда Приморского края).

      6.3. Правила о задатке (пункт 2 статьи 381 ГК РФ) не подлежат применению к договорам, заключенным во исполнение императивного требования закона о порядке проведения торгов (статья 448 ГК РФ), если договором не предусмотрено иное.

      Общество обратилось в арбитражный суд к Департаменту с требованием о взыскании с ответчика задатка, внесенного по договору купли-продажи недвижимости.

      Исковые требования обосновывались тем, что в силу условий договора купли-продажи и договора о задатке после расторжения договора купли-продажи основания для удержания Департаментом внесенного обществом задатка отпали.

      Из материалов дела следовало, что общество приняло участие в аукционе по продаже муниципального имущества — нежилого помещения.

      В соответствии с условиями аукциона между обществом (претендент) и Департаментом заключен договор о задатке, по условиям которого претендент передает Департаменту задаток в обеспечение своего обязательства по подписанию договора купли-продажи приобретаемого объекта и его оплаты.

      Претендент, выполняя условия договора, перечислил сумму задатка.

      По результатам проведенных Департаментом торгов между обществом, как победителем, предложившим наибольшую цену, и ответчиком заключен договор купли-продажи недвижимости, по условиям которого покупатель обязался в установленный в договоре срок оплатить стоимость объекта путем перевода денежных средств на расчетный счет продавца.

      В последующем данный договор купли-продажи в судебном порядке расторгнут в связи с нарушением обществом сроков оплаты, с общества в пользу Департамента взыскана пеня за нарушение обязательства, при этом суд обязал общество возвратить здание и техническую документацию.

      Суд первой инстанции удовлетворил исковые требования о взыскании задатка.

      Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд апелляционной инстанции исходил из того, что поскольку основанием к расторжению договора купли-продажи послужило неисполнение обществом обязанности по оплате приобретенного имущества, то есть неисполнение договора, обеспеченного задатком, последний в силу пункта 2 статьи 381 ГК РФ, возврату не подлежит.

      Отменяя постановление суда апелляционной инстанции и оставляя в силе решение суда первой инстанции, суд кассационной инстанции указал на ошибочность вывода апелляционного суда в силу следующего.

      В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

      Задаток выполняет одновременно три функции: доказательную (удостоверяющую факт заключения договора), платежную (в счет причитающихся платежей) и обеспечительную (имеет целью предотвратить неисполнение сторонами договора).

      Внесение задатка участниками торгов является императивным условием, поскольку установлено законом.

      Судьба внесенного участником торгов задатка зависит, в частности, от итогов их проведения, подтвержденных подписанным протоколом о результатах торгов, который имеет силу договора. Следовательно, с момента подписания названного протокола задаток победителя торгов утрачивает свою обеспечительную функцию, дальнейшее удержание таких денежных средств организатором торгов должно регулироваться специальным соглашением сторон либо исходя из условий торгов, либо иным договором, либо прямым указанием на это в законе.

      В соответствии с абзацем 2 пункта 4 статьи 448 ГК РФ при заключении договора с лицом, выигравшим торги, сумма внесенного им задатка засчитывается в счет исполнения обязательств по заключенному договору.

      Таким образом, с момента заключения основного договора, уплаченный претендентом задаток перестает быть таковым и засчитывается в счет платежей за объект купли-продажи.

      В связи с чем выводы суда апелляционной инстанции о том, что в силу пункта 2 статьи 381 ГК РФ задаток не подлежит возврату в связи с тем, что основанием к расторжению договора купли-продажи послужило неисполнение обществом обязанности по оплате приобретенного имущества, то есть неисполнение договора, обеспеченного задатком, противоречит указанным выше нормам права, поскольку задаток, исходя из смысла пункта 4 статьи 448 ГК РФ, вносится для определения серьезности намерения участника торгов участвовать в торгах и для побуждения сторон заключить договор в будущем, а не в доказательство заключения договора, как это предусмотрено статьей 380 ГК РФ, следовательно, задаток, о котором говорится в пункте 4 статьи 448 ГК РФ, отличается по своему существу от задатка, установленного статьями 380 , 381 ГК РФ и влечет разные правовые последствия.

      Таким образом, удовлетворение искового заявления о взыскании задатка по изложенному основанию соответствует смыслу статей 380, 381, 448 ГК РФ. Уточнив подход к квалификации задатка, суд кассационной инстанции оставил решение суда первой инстанции в силе.

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 05.05.2011 по делу №А73-15053/2008 Арбитражного суда Хабаровского края).

      Отказывая в передаче данного дела в Президиум ВАС РФ (определение от 30.09.2011 №ВАС-8427/11), коллегия судей ВАС РФ признала отказ в возврате денежной суммы в виде задатка необоснованным, противоречащим условиям договора и свидетельствующим о применении к покупателю двух видов ответственности за одно и то же нарушение договорных обязательств, что недопустимо, исходя из общего принципа гражданского права об одной мере ответственности за одно нарушение.

      6.4 Применение задатка в качестве обеспечения исполнения обязательств сторон по предварительному договору и, как следствие, положений пункта 2 статьи 381 ГК РФ, невозможно, поскольку обязательство по заключению основного договора, возникшее из предварительной сделки, не является денежным и не может быть обеспечено таковым.

      Общество обратилось в арбитражный суд с иском к главе КФХ о взыскании 1 575 000 руб., составляющих задаток в сумме 600 000 руб. в двойном размере и 375 000 руб., перечисленных обществом по предварительному договору о заключении основного договора купли – продажи недвижимого имущества.

      Предъявленное требование основано на положениях статей 307, 309, 380, 381, 1102 ГК РФ и мотивировано неисполнением ответчиком своих обязательств по заключению основного договора купли – продажи объектов недвижимого имущества при наличии перечисленных истцом денежных средств в счет исполнения обязательства.

      Решением суда иск общества удовлетворен частично, с главы КФХ в пользу общества взыскано 850 000 руб. Постановлением апелляционного суда решение суда первой инстанции изменено, с ответчика в пользу общества взыскано 975 000 руб.

      Как следовало из материалов дела, между главой КФх (продавец) и обществом (покупатель) 10.11.2008 был заключен предварительный договор о заключении основного договора купли –продажи недвижимого имущества, по условиям которого продавец обязался в будущем передать покупателю несколько объектов недвижимого имущества.

      Согласно пункту 1.3 договора продавец обязался в срок до 30.12.2008 и 31.01.2009 зарегистрировать за собой в установленном законом порядке право собственности на каждый из объектов недвижимости и передать таковые соответственно в собственность покупателю.

      Срок, в течение которого контрагенты обязались заключить основной договор купли – продажи объектов недвижимости, определен в пункте 2.1 сделки и составляет 12 месяцев с момента заключения предварительного договора.

      Пунктом 1.6 предварительного договора установлена обязанность покупателя перечислить на расчетный счет продавца задаток в размере 600 000 руб. в счет причитающихся с него платежей по основному договору купли – продажи недвижимого имущества в доказательство заключения основного договора и обеспечение его исполнения.

      Во исполнение условий договора от 10.11.2008 общество перечислило на расчетный счет главы КФХ денежные средства в размере 975 000 руб.

      Ввиду неисполнения ответчиком своих обязательств по передаче в собственность покупателю объектов недвижимого имущества и оставление претензии покупателя без удовлетворения, общество обратилось в арбитражный суд с требованием о возврате задатка в двойном размере, а также разницы между задатком и всей оплаченной суммой в размере 375 000 руб.

      Частично удовлетворяя требования истца, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что внесенная истцом сумма в размере 600 000 руб. является авансом, поскольку денежные средства, подлежащие уплате по предварительному договору, не являются задатком применительно к статье 380 ГК РФ, так как обязательство по заключению основного договора, возникшее из предварительной сделки, не является денежным и не может быть обеспечено таковым, в связи с чем оснований для взыскания уплаченных денежных средств в двойном размере не имеется.

      Суд кассационной инстанции поддержал позицию судов первой и апелляционной инстанций.

      (постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 29.08.2011 по делу №А16-1282/2010 Арбитражного суда Еврейской автономной области).

      Следует отметить, что выводы судов согласуются с правовой позицией, определенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 19.01.2010 № 13331/09, в соответствии с которой применение задатка в качестве обеспечения исполнения обязательств по предварительному договору, а также применение к возникшим из него отношениям последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 381 ГК РФ, невозможно.

      Однако, в свете упразднения Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и передачи его функций Верховному Суду Российской Федерации, являющегося в соответствии с частями 1 и 2 статьи 2 Федерального конституционного закона от 05.02.2014 № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации» высшим судебным органом по гражданским делам, делам по разрешению экономических споров, уголовным, административным и иным делам, подсудным судам, образованным в соответствии с Федеральным конституционным законом «О судебной системе Российской Федерации» и федеральными законами, и осуществляющего в предусмотренных федеральным законом процессуальных формах судебный надзор за деятельностью судов, образованных в соответствии с Федеральным конституционным законом «О судебной системе Российской Федерации» и федеральными законами, рассматривая гражданские дела, дела по разрешению экономических споров, уголовные, административные и иные дела, подсудные указанным судам, в качестве суда надзорной инстанции, а также в пределах своей компетенции в качестве суда апелляционной и кассационной инстанций, считаем возможным привести позицию судов общей юрисдикции по вопросу возможности (невозможности) применения положений ГК РФ о задатке к обязательствам сторон, вытекающим из предварительного договора.

      Так, направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации (определение от 13.11.2012 № 11-КГ12-20) указала, что обязательства сторон по предварительному договору могут быть обеспечены задатком.

      Как следует из материалов дела, 01.10.2007 между покупателем – акционерным обществом, М. (продавец-1) и К.. (продавец-2) заключен предварительный договор, в соответствии с которым стороны обязались заключить пакет сделок (договоров) по передаче продавцом покупателю комплекса прав на ведение действующего бизнеса по осуществлению оптово-розничной торговли бытовой техникой (торговый знак «Норд-Сервис»).

      В соответствии с п. 2.1 предварительного договора основной договор купли-продажи между сторонами должен был быть заключен в срок до 31.12.2007.

      Платежным поручением № 411 от 19.10.2007 покупатель в соответствии с п. 2.2.1 предварительного договора перечислил на лицевой счет К. . руб. в качестве задатка по предварительному договору.

      Разрешая спор и удовлетворяя иск акционерного общества к К. о взыскании суммы задолженности и процентов, суд первой инстанции исходил из того, что переданная истцом ответчику сумма в размере . руб. является неосновательным обогащением, поскольку на момент разрешения спора предусмотренный предварительным договором срок для заключения основного договора купли-продажи истек, а основной договор сторонами не заключен, следовательно, у К. отсутствуют законные основания для удержания перечисленной ему ранее суммы в размере . руб.

      Выводы суда первой инстанции суд второй инстанции признал правильными и обоснованными.

      Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что с выводами суда согласиться нельзя, так как они основаны на неправильном толковании и применении норм материального права к отношениям сторон, а также сделаны с существенным нарушением норм процессуального права.

      В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

      В силу п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

      Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422) (п. 4 ст. 421 ГК РФ).

      Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором (п. 1 ст. 329 ГК РФ).

      Согласно п. 1 ст. 429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

      Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также другие существенные условия основного договора. В случаях, когда сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 настоящего Кодекса (п. 3, 5 ст. 429 ГПК РФ).

      В соответствии с п. 1 ст. 380 ГК РФ задатком признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения.

      В силу п. 2 ст. 381 ГК РФ, если за неисполнение договора ответственна сторона, давшая задаток, он остается у другой стороны. Если за неисполнение договора ответственна сторона, получившая задаток, она обязана уплатить другой стороне двойную сумму задатка.

      Задаток является согласно ст. 329 ГК РФ одним из способов обеспечения исполнения обязательств. Основная цель задатка — предотвратить неисполнение договора. ГК РФ не исключает возможности обеспечения задатком предварительного договора (ст. 429 ГК РФ), предусматривающего определенные обязанности сторон, связанные с заключением в будущем основного договора и применением при наличии к тому оснований (уклонение стороны от заключения основного договора) обеспечительной функции задатка, установленной п. 2 ст. 381 ГК РФ: потеря задатка или его уплата в двойном размере стороной, ответственной за неисполнение договора.

      Из текста предварительного договора, имеющегося в деле, усматривается, что его пунктом 2.2 стороны определили график оплаты 100% долей в уставном капитале общества путем перечисления соответствующих денежных средств на счета собственников долей, в соответствии с которым денежные суммы, указанные в пунктах 2.2.1 и 2.2.2, являются задатком и влекут за собой правовые последствия для задатка, предусмотренные действующим законодательством Российской Федерации.

      По данному делу с учётом заявленных исковых требований и их правовым обоснованием, подлежащих применению норм материального права и условий заключенного сторонами предварительного договора к юридически значимым обстоятельствам для правильного разрешения судом спора относились: установление оснований удержания денежных средств в размере . руб. К. по истечении срока, определенного предварительным договором, для заключения основного договора; во исполнение какого условия предварительного договора уплачивались эти денежные средства, их назначение; а также, исходя из пункта 2.2 предварительного договора, установление стороны, ответственной за неисполнение обязательств по предварительному договору.

      Данная позиция судов общей юрисдикции также нашла отражение в Определениях Верховного Суда РФ от 10.03.2009 № 48-В08-19, Московского городского суда от 20.07.2010 по делу № 33-19937, Санкт-Петербургского городского суда от 13.01.2011 № 33-273/2011, от 07.09.2009 № 11904, Нижегородского областного суда от 02.06.2009 по делу № 33-4056, Рязанского областного суда от 14.12.2011 № 33-2520, Пермского краевого суда от 27.07.2011 по делу № 33-7580.

      Резюмирую вышеизложенное, следует отметить, что позиция арбитражных судов основана на том, что задаток не сможет выполнить свою платежную функцию, если будет использован в качестве обеспечения исполнения обязательств сторон по предварительному договору, в то время как суды общей юрисдикции отталкиваются от другой функции задатка – обеспечительной. Следовательно, необходимо выработать единую позицию арбитражных судов и судов общей юрисдикции на возможность (невозможность) обеспечения обязательств сторон по предварительному договору задатком в целях единообразия судебной практики. Более того, об актуальности данного вопроса свидетельствуют вносимые в статью 380 ГК РФ изменения, направлены на расширение сферы применения названного способа обеспечения исполнения обязательств. В частности, статью 380 предлагается дополнить пунктами 4 и 5 следующего содержания:

      «4. Если иное не установлено законом, по соглашению сторон задатком может быть обеспечено исполнение обязательства по заключению основного договора на условиях, предусмотренных предварительным договором (статья 429).

      5. В случаях, установленных законом, задатком могут быть обеспечены иные требования, чем те, которые указаны в пункте первом настоящей статьи. В таких случаях правила настоящего Кодекса о задатке применяются, если иное не предусмотрено законом или соглашением сторон.» (законопроект № 47538-6, находящийся на рассмотрении Госдумы РФ).

      Положения же действующего в настоящее время ГК РФ предоставляют возможность сторонам использовать задаток в организационных правоотношениях (пункт 4 статьи 448 ГК РФ, согласно которому участники торгов вносят задаток в размере, сроки и порядке, указаны в извещении о проведении торгов).

      fasdvo.arbitr.ru

    Популярное:

    • Здати правила дорожнього руху Экзамен ПДД Данный сайт создан с целью помочь будущим водителям успешно сдать экзамен по правилам дорожного движения в Украине. Для подготовки используется онлайн экзамен ПДД — тест на 100% совпадает с последними изданиями официальных […]
    • Правила ввоза на таможне Таможня Китай: правила ввоза и вывоза, что запрещено ввозить в Китай? Все, что запрещено таможней Сразу начнем с того, чего делать крайне не рекомендуется на китайской таможне. Конечно же, особое внимание китайских таможенников уделяется […]
    • Заявление о замене паспорта как заполнять Заявление о выдаче (замене) паспорта РФ — образец написания заявления У российских граждан может в любое время возникнуть вопрос, как пишется заявление о выдаче (замене) паспорта. Это может быть связано с возрастной заменой в 20 и 45 лет, […]
    • Судьи самарского областного суда Дела судей Самарского областного суда Ответ получен Официальный запрос #1 Текст официального запроса #1 В Самарский областной суд № 1015 от «05» октября 2016 г. В соответствии с п. 1 ст. 18 Федерального закона от 22.12.2008 N 262-ФЗ «Об […]
    • Бланк заявления об изменении устава Образец заполнения формы р13001 Смотрите также: Юридическим лицам довольно часто приходится вносить какие-либо изменения в устав организации. Законодательством установлена обязанность компаний оповещать налоговые органы о внесенных […]
    • Прохождение проекта экспертизы Проведение экспертизы проектной документации Экспертиза проектной документации – один из основных видов деятельности компании «Строительная Экспертиза» . Наша компания обладает всеми необходимыми ресурсами для осуществления […]
    • Пенсии вдовам военных пенсионеров расчет Как получить две пенсии вдове военного пенсионера в 2018 году Вас постигло несчастье, и ваш супруг, военный пенсионер, умер? Вы боитесь, что не сможете прожить на одну пенсию? В 2015 году Госдума озаботилась этим вопросом и приняла закон, […]
    • За налог на богатство Что попадает под налог на роскошь в 2018 году Закона о налоге на роскошь не существовало вплоть до 2014 года. Еще в 2013 году Федеральная налоговая служба предпринимала попытки разработать особый налог для тех, кто владеет дорогим […]